aif.ru counter
664

Первые дни войны в воспоминаниях украинцев

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 25. Аргументы и факты в Украине 19/06/2013 Сюжет День Победы
Фото: ubr.ua

Киев – 21 июня, АиФ Украина.  22 июня Киев бомбили пять раз. Сразу же погибли несколько сотен человек. Сколько именно – никто никогда не узнает. В хаосе начала войны многие документы были утеряны или уничтожены. Жертв было бы гораздо больше, если бы немцы не целились преимущественно в военные и стратегические объекты.

А спустя несколько дней почти вся Украина уже воевала: массово призывались новобранцы, готовились к эвакуации заводы и фабрики, спасались в убежищах от налетов жители городов и поселков. «АиФ» собрал воспоминания тех, кто помнит эти дни.

Слухи о диверсантах

Когда началась война, ныне 92-летней жительнице Ужгорода Анне КАРБОВСКОЙ было 20 лет, и жила она в то время с мужем и маленьким сыном в Киеве, на ул. Трехсвятительской.

Фото: Анна КАРБОВСКАЯ

 

«На рассвете 22 июня мы слышали стрельбу, но думали, что это проходят маневры, которые устраивали в то время очень часто, – вспоминает она. – Лето было дождливым, и утро 22 июня было первым теплым и солнечным днем. И я с сыном решила сходить позагорать. Мы спустились на фуникулере к переправе, чтобы добраться до пляжа. Но переправа была закрыта, и там уже скопилось много народу. Мы простояли до 11 часов и решили больше не ждать, а возвращаться домой. Когда проходили мимо трамвайных путей, по радио-рупору на столбе услышали обращение Молотова о том, что на СССР напали немцы».

По городу пошли слухи о том, будто бы мы не смогли дать отпор воздушной бомбежке фашистов из-за диверсантов, которые как раз накануне разобрали для чистки все самолеты в аэропорту «Жуляны» (сейчас – «Киев»).

Вскоре жителям столицы на предприятиях, где они работали, начали выдавать направления на эвакуацию. Причем один рабочий или служащий имел право взять с собой только один чемодан и одного члена своей семьи. Из-за этого, по словам Карбовской, многие надолго теряли своих близких, люди разъезжались в разные стороны.

А Анна Григорьевна поехала с сыном Анатолием в с. Каплуновка Ахтырского р-на Харьковской обл. Ее муж был на фронте. И когда немцы начали отступать и стало можно возвращаться в столицу, от него перестали приходить письма. Но Карбовская с сыном еще долго ждали вестей, пока не получили известие, что их муж и отец пропал без вести.

Читайте также: Украинские ветераны - о Великой Отечественной войне

Несостоявшаяся рыбалка

Утро 22 июня 1941 г. вспоминает и 86-летний киевлянин Георгий МАТЮЩЕНКО.

Фото: Георгий МАТЮЩЕНКО

 

«Мне тогда было 14 лет, и, как многие мои ровесники в то время, я увлекался рыбалкой, – рассказывает он. – Мы жили в доме на ул. Артема, 10. Отец еще не пришел домой с ночной смены, а я взял мелочь и отправился по Вознесенскому спуску вниз на Подол, чтобы купить на птичьем рынке жилку, как мы тогда называли леску. По пути я заходил во все хлебные магазины, чтобы руками там наловить мух для наживки. Так делали в те времена все мальчишки».

Возвращаясь домой, Матющенко по дороге два раза слышал вой сирен. Но это его ничуть не насторожило, поскольку в те времена очень часто проводили военные учения, и воздушная тревога стала делом привычным.

Следуя правилам, Георгий забежал в ближайший подвал, где и пересидел оглушающий рев. Потом снова продолжил свой путь. День был солнечным, и мальчик предвкушал, как он, перекусив дома, пойдет на пруд рыбачить.

«Дома уже был отец, – продолжает Матющенко. – Уставший после смены, он прилег отдохнуть. По радио передали обращение Молотова к советскому народу, в котором он сообщил о вероломном нападении фашистов, и твердо прозвучали слова: «враг будет разбит». Потом все взрослые, в том числе и мой отец, стали выходить во двор и обсуждать поразившую всех новость. Они были единодушны в том, что месяца за два, не больше, мы сумеем победить врага. И я считал, что они правы. В моей памяти всплывали картинки военных парадов на Крещатике, где демонстрировали военную технику».

Но война оказалась совсем не такой, какой ее представляли украинцы в июне 1941 г. Когда немцы заняли Киев, Матющенки на три года уехали «в эвакуацию» – к родственникам в с. Великая Бугаевка Васильковского р-на Киевской обл. И немцев увидели там.

А в это время их дом был почти полностью сожжен, из-за чего семье пришлось ютиться в подвале на ул. Короленко (сейчас Владимирская), 18. Поскольку никаких удобств рядом не было, в туалет приходилось бегать в горотдел милиции, расположенный рядом, на той же улице, но только в доме № 15. А в конце 1944 г. Георгия призвали в армию. Домой он вернулся уже в мирное время, в 1951 г.

Читайте также: Найден детальный план СС по истреблению евреев

Немецкий учитель

82-летней киевлянке Эмме БУРДЫНСКОЙ в июне 1941 г. было десять лет.

Фото: Эмма БУРДЫНСКАЯ

 

«Мы с мамой, папой и сестрой жили в Макеевке Донецкой обл., – вспоминает она. – 22 июня я вернулась из пионерского лагеря и одна гуляла возле дома. Никого из детей во дворе не было, было скучновато. Потом я вышла на улицу и там увидела много взрослых людей. Они собрались вместе и что-то обсуждали. Я подошла к ним и услышала: они говорят, что началась война. С тех пор жизнь стала очень тревожной и особенной. А через несколько недель, когда началась бомбежка, каждый из нас реально осознал, что война – это очень страшно».

Когда один из соседних домов разбомбили, Бурдынские перебрались на окраину города, к родственникам в частный сектор.

«Входная дверь у тети Нюши была старенькая и дырявая, и сквозь нее мы, дети, наблюдали за всем, что происходило во дворе, – продолжает свои воспоминания Эмма Ильинична. – И однажды мы увидели, как там появились немцы. Затаив дыхание, мы следили за каждым их шагом. А они поселились в одном из домов, выходивших в наш двор».

Встречаться с фашистами приходилось ежедневно. И, как ни странно, один из немецких офицеров даже сумел расположить к себе дворовую детвору.

«К сожалению, не запомнилось его имя, – говорит Бурдынская. – Но хорошо помню его благородную внешность. До войны он у себя на родине работал учителем. Он говорил по-русски. И нам, детям, рассказывал много интересного о Германии и об искусстве. Как только мы видели, что он появлялся во дворе и присаживался на скамейку, бежали к нему, окружали и внимательно его слушали».

В эвакуацию семья Эммы не поехала, поскольку внезапно заболела мать. Поэтому до конца войны они оставались в родном городе, пережив голод, холод и потери близких людей.

Читайте также: Как современная Украина могла бы пережить Вторую мировую войну сегодня

Помощь партизан

84-летней киевлянке Зинаиде СЫЧУГОВОЙ в то время, когда страна советов узнала о нападении Германии, было 13 лет.

Фото: Зинаида СЫЧУГОВА

 

«Наша семья жила в деревне Бурашево Калининской (сейчас – Тверской) обл., – рассказывает она. – В семье было четверо детей. Я и моя на год старшая сестра были помощниками мамы и няньками наших младших – трехлетнего Стасика и годовалой Тамары. У нас было большое хозяйство – сад, огород, пасека, свиньи, корова. Поэтому забот хватало и родителям, и нам. Где-то в начале июня 1941 г. нашего папу призвали в армию. В селе говорили, что он ушел «рыть окопы». И когда 22 июня объявили о начале войны, мы никаких вестей от отца не получали, и очень жалели, что с ним невозможно связаться. Вообще, известие о войне крестьяне восприняли сдержанно, ведь не только наш отец ушел «рыть окопы», а и другие односельчане. И народ догадывался, что враг может нарушить наш мирный покой».

Жители Бурашево принялись активно готовить сухари, варить варенье, солить овощи и сушить грибы. Но большинству из них эти заготовки не понадобились. Ведь через год в их края пришли фашисты. И многие спасались, убегая из дома налегке. А все родные Зинаиды Сычуговой смогли выжить благодаря приютившим их в лесу партизанам.

Читайте также: Поцелуй смерти. Кто отравил одного из лидеров фашистской Германии?

Игрушки из разбомбленного магазина

Алла ИОРА, 76-летняя жительница Киева, была еще ребенком, когда началась война – девочке только исполнилось пять лет.

Фото: Алла ИОРА. Даже спустя пять лет после войны Алла не могла поверить, что кошмар оккупации уже позади.

 

«Мы жили в Черниговской области, – вспоминает Алла Кирилловна. – Ощущение первого дня войны осталось на всю жизнь: чувство неотвратимости беды. Ночью всем не спалось, мы вышли во двор. Со стороны Киева были слышны глухие раскаты грома и виднелись зарницы. Это были бомбежки. Поутру мама собрала нас, взяла на руки меньшенького братишку, дала нам с сестрой какие-то вещи, и мы побежали прочь от поселка. Рядом с нашим селом были заливные луга, переходящие в настоящие болота. Там мы и спрятались. Нашли себе стог сена и зарылись в него. Как-то я брела по полю в поисках съестного. Вдруг – в небе самолет. Я страшно испугалась. Легла на землю, свернулась клубочком и замерла... Самолет летел прямо на меня. Я лежала не шелохнувшись. «Пусть он подумает, что я столбик, и пролетит мимо!» – просила я Бога. Он пролетел. Это был немецкий самолет-разведчик».

Фото: Алла ИОРА. Все четыре года войны семья Аллы ждала отца семейства – Кирилла Гавриша – с фронта.

Потом люди вернулись в свои дома, рассказывает Иора. Вошли немцы.

«Напротив нашего дома они разбили полевой госпиталь, и я, спрятавшись под подводы с ранеными, наблюдала, как санитары их разгружают, – вспоминает женщина. – Звучала странная рявкающая речь, и я никак не могла понять, как эти люди понимают друг друга. Мне госпиталь казался чем-то таинственным и враждебным. Оттуда постоянно доносились стоны и дикие, неестественные крики. Казалось, люди не могут так кричать. А спустя некоторое время госпиталь оказался для нас с мамой спасением. Мама разжигала керогаз и неудачно плеснула на себя керосином. Секунда – и она превратилась в горящий факел. Я тоже немного обгорела – сильно пострадала правая рука. С тех пор я левша. Если бы не немецкие военные врачи, мы бы не выжили. Немцы лечили маму целый год».

Когда начинались бомбежки, жители прятались в местной церкви.

«Я сидела в погребе церкви и игралась игрушками, – продолжает Алла Кирилловна. – Среди поселка стоял полуразрушенный и совершенно доступный для всех магазин – там игрушек было видимо-невидимо, все остальное добро из магазина люди растащили. Я забредала туда, выбирала, что мне больше нравилось, и так коротала часы».

 

Материал подготовили Галина ГИРАК, Светлана ГОЛЛАНДС

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых