aif.ru counter
84

Том 15. Александр Солженицын, «Один день Ивана Денисовича»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 22. Аргументы и факты в Украине 01/06/2011 Сюжет Книжная коллекция «АиФ»

И дело тут не в теме, не в языке, не в сюжете, а в редком со времен Пушкина и Гоголя гармоничном единстве смысла и формы, языка и темы, события и героя. В этом отношении дебютная повесть Солженицына - абсолютная классика, текст, близкий к идеальному. Осмелюсь предположить, что отнюдь не за «антисоветизм, очернительство и клевету» (в конце концов, в правление Хрущева «обличение культа» вполне вписывалось в линию партии, и на этой «поляне» отметились и самые верноподданные «совписы»), а именно за писательский дар подвергся Александр Исаевич столь рьяной травле. Для сплоченной серости большой талант опаснее врага. Писателю навязали бой, и он этот бой принял, все больше превращаясь в публициста, политического историка и философа, трибуна, став в какой-то мере «знаменем» борьбы с советским коммунизмом. Что ж, советский коммунизм борьбу эту проиграл. Выиграла ли литература - большой вопрос...

Для моего поколения - рожденных при Хрущеве, выросших при Брежневе, - сталинская эпоха, о которой в «Одном дне» и в большинстве последующих произведений повествует Солженицын, не была чем-то непосредственно пережитым, пропущенным через кровь. Но в силу временной - да и типологической - близости она еще не стала для нас мифологией, в отличие, скажем, от царской России, революции и, в определенном смысле, Отечественной войны. Какой-то общепринятой оценки, в общем, не существовало (не считать же таковой официозную формулировку: «несмотря на отдельные перегибы, под мудрым руководством Коммунистической партии страна уверенно двигалась вперед...»), объективной и доступной информации - тем более. Ощущение той эпохи складывалось для каждого из нас больше из рассказов живых свидетелей - родителей, родственников, знакомых.

Лично для меня время Сталина однозначно окрашено цветом судьбы главного человека моего детства - Таточки, Татьяны Александровны Морозовой, сестры второй жены моего деда, всецело посвятившей себя нашей семье и, конкретно, моему воспитанию. Семь лет принудительных работ на Крайнем Севере - причем без пресловутой 58-й статьи, вообще без статьи. Вина ее перед Родиной состояла в том, что, выйдя за кипятком в эвакуационной неразберихе крупной узловой станции, перепутала составы - и угодила в эшелон с «административно-ссыльными». Нет статьи - нет и срока; Таточкина «принудиловка» вполне могла бы оказаться пожизненной, если бы ее сестра через три года после войны не вышла замуж за моего деда - лучшего друга профсоюзного босса всея СССР Н.М. Шверника, вмешательство которого и помогло вызволить Таточку.

Исключительный случай? Не больше чем случай того же Ивана Денисовича Шухова - и примерно восьмидесяти процентов «контингента» Особлага, описанного Солженицыным, и прочих «лагов», раскиданных по всей стране. И как-то не верится, что в семьях сегодняшних творцов мифа о «великом руководителе великой державы» вовсе обошлось без подобных «исключительных случаев». Можно сколько угодно ссылаться на восторженно-уважительные отзывы, выданные «отцу народов» Черчиллем, Де Голлем и прочими заграничными авторитетами - однако, насколько мне известно, за родными и близкими Черчилля и Де Голля «орлы Наркомвнудела» не приходили... Что ж с вашей-то родовой памятью стало, господа-товарищи манкурты? И почему «великая держава» экономически забуксовала, как только ГУЛАГ (читай, «рабский труд») перестал быть системообразующим фактором экономики, и окончательно пошла вразнос, как только сошли со сцены последние начальники, «ходившие под паханом»?

Может быть, все-таки погодить с тотальным внедрением мифа, пока еще теплится живая память? А потом уж (лет эдак через тридцать-сорок) хоть стометровые памятники из золота ставьте - Церетели на них всегда найдутся. В Магадане, в Норильске, в Грозном... Только вот детей жалко...

Искренне ваш,

Дмитрий Вересов

Читайте отрывок из книги «Один день Ивана Денисовича» >>>

АФОРИЗМЫ СОЛЖЕНИЦЫНА

  • Всякий, кто однажды провозгласил насилие своим методом, неумолимо должен избрать ложь своим принципом.
  • Совсем не уровень благополучия делает счастье людей, а отношения сердец и наша точка зрения на нашу жизнь. И то и другое - всегда в нашей власти, а значит, человек всегда счаст-лив, если он хочет этого, и никто не может ему помешать.
  • Есть черные люди, злокозненно творящие черные дела, и надо только отличить их от остальных и уничтожить. Но линия, разделяющая добро и зло, пересекает сердце каждого человека. И кто уничтожит кусок своего сердца?

 

ЭТО ИНТЕРЕСНО

  • В 1990 г. за книгу «Архипелаг ГУЛаг» А. Солженицыну присудили Государственную премию РСФСР, от которой он отказался. Доходы от продажи этой книги поступают в «Русский общественный фонд помощи заключенным и их семьям».
  • Повесть «Один день Ивана Денисовича» - первое опубликованное произведение писателя. Ее выход в журнале «Новый мир» «пробивал» лично Никита Хрущев.
  • В 1970 г. Александру Солженицину была присуждена Нобелевская премия по литературе.

 

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Loading...

Топ 5 читаемых