aif.ru counter
676

Летчик-космонавт Виталий Жолобов: «Я был первый космонавт… с усами!»

Сюжет Судьба человека

В Киеве свою автобиографическую книгу презентовал летчик-космонавт СССР, Герой Советского Союза, генерал-лейтенант авиации Виталий Жолобов. В издании «Звезда по имени судьба» он собрал свои воспоминания о знаковом полете, в котором он принял участие в 1976 году. Тогда Виталий Жолобов провел на орбите 49 суток в качестве бортинженера космического корабля «Союз-21» и военной орбитальной станции «Алмаз». Тогда наши космонавты отправлялись в полет с разведывательными целями. «АиФу» наш земляк, Президент Аэрокосмического общества Украины Виталий Жолобов рассказал о своих впечатлениях от того далекого полета и знаменитых космонавтах прошлого.

О впечатлениях от полета

- Весь полет необычен, как бы перед этим ты ни занимался на тренажерах, и поэтому запоминается от первой до последней минуты. В нашем случае одним из самых ярких моментов была стыковка. Проходила она в ручном режиме. Для сравнения можно сказать, что это все равно, что в перчатках листать книгу. Корабль должен подойти к станции на 20 метров, и не дай бог на одну секунду двигатель проработает дольше, чем положено.

Но были во время нашего полета и забавные запоминающиеся моменты. Космонавты спят в разных местах, и у меня в самом хвосте была раскладушка. Учесть нужно, что в космосе ночь – условная, мы создавали темноту специальными матовыми щитками на иллюминаторах. И вот как-то я проснулся и вижу, что Борис (капитан экипажа, ред.) что-то очень внимательно разглядывает в этом закрытом иллюминаторе. Рассматриваю его, а он просто спит. В другой раз просыпаюсь, смотрю по сторонам и пугаюсь - в корабле появился еще один человек, но только почему-то без головы. Пришел в себя и понял, что это мой костюм, который я снял перед сном.

О неудобствах в условиях невесомости

- Самым большим неудобством в полете был сон. Нет ощущения того, что ты лежишь, ты просто плаваешь в спальном мешке, как на надувном матрасе в воде. Но мы были молодые, привыкали. Когда мы летали, не было душа, мы пользовались гигиеническими салфетками, меняли белье. Даже научиться использовать туалет было непросто. Когда ты завтракаешь, то спокойно кладешь вилку, а в полете от этого приходилось отказывать. Даже ложки и вилки, кусок хлеба и банку, первое время я цеплял резинками к костюму. Когда пришла сноровка, уже оставляли, но при малейшем импульсе предмет все равно  уносит так, что потом не найдешь.

Об экспериментах

- Часть экспериментов были прикрытием для основной работы, но и сам полет пытались использовать максимально, и космонавты для Земли были объектами исследования: наше поведение и физиологические параметры. У нас, как у исследователей, например, были нотки грусти, когда сдохли рыбки, которых мы взяли с Земли. А как-то во время проведения одного эксперимента (мне нужно было сделать фото двух звезд в созвездии) сделал и свое открытие. За одной из двух звезд, я увидел третью, маленькую. Но ведь до нее нужно лететь тысячу лет. Вот именно тогда я открыл для себя понятие «бесконечность».

О звучании космоса

- На станции шум местами достигает 97 децибел. Это постоянно работающие системы, насосы. То есть даже на близком расстоянии космонавты друг друга не слышат.

О посадке

- Когда мы дали команду на расстыковку, в нужный момент защелки не открылись. Все дрожало, ощущения были ужасные. Мы выключили движок, и Земля нам дала команду идти еще на один виток в, то есть полтора часа, и посадка на запасной полигон. Перед полетом всегда желают мягкой посадки. Но для кого она мягкая, а для кого - иначе. У нас было три удара, нас кинул сначала на семь метров, потом еще на три, а еще через метр мы, наконец, свалились. У меня в руке был бортжурнал, от которого остались первый и последний лист – все остальное разнесло. На Земле нас тоже не слишком ждали, искали сорок минут.

О Гагарине и Леонове

- В первом наборе не было усатых космонавтов. Когда мы впервые познакомились с Юрием Гагариным, проходило празднование годовщины  нашей части. Во время нашего представления личному составу, он отсутствовал, а приехал только на торжественную часть. И вот мы, новый набор космонавтов, стоим и мнемся как барышни перед знакомством с ребятами. Юра подходит, здоровается со всеми, и говорит мне: «Ты тоже первый». Я удивляюсь, как такое может быть. А он: «Ты первый - с усами».

Алексей (Леонов, ред.) своей общительностью, подвижным характером, способностью вдохновить на что-то в какой-то мере напоминает Юру Гагарина. У нас с Леоновым всегда были прекрасные отношения. Он снимал фильм специально к празднованию Нового года  - «Космонавты без масок». Леонов всегда был заводилой, любил шутки, заставлял нас принимать участие в разных мероприятиях. Меня, например, приобщал к самодеятельности.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Loading...

Топ 5 читаемых