aif.ru counter
48

Александр Павловский: «Я снимаю добрые фильмы»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 44. АиФ в Украине 31/10/2007

«Сериалы без криминала стали неинтересны...»

- Александр Ильич, легко ли было найти общий язык с «горячей южноамериканской звездой»?

- В партнерских отношениях с Наташей было довольно много сложностей. В качестве обязательного условия - согласование с ней всех актеров, утвержденных на главные роли. В контракте было также записано, что с ней оговариваются все перипетии сюжета. Когда мы только познакомились, я подумал: «Девочка-певичка...» Но оказалось, что она очень подготовленная актриса, с ней интересно работать. Дело в том, что с восьми лет она училась актерскому мастерству, снимается в кино с двенадцати. У нас сложились очень хорошие отношения. Поначалу я волновался на этот счет, ведь у них другая культура - кинематографическая, актерская. Но оказалось, что ничего подобного! Стиль другой, но общечеловеческие понятия, по сути, те же.

- А в чем стилевые различия?

- Южная страна! Руками размахивают - как грузины и итальянцы. При этом, аргентинская культура - сугубо европейская: смесь испано-итальянской с большим славянским влиянием, ведь там много украинцев и русских. Меня удивило, что там нет такого понятия, как национальный костюм: национальный костюм у них испанский.

- Но танго-то есть!

- Танго - их единственный экспортный бренд. Его танцуют на улицах, везде продаются диски, картины, статуэтки танцоров. Танго для них, как для России - матрешка, а для Украины - гопак.

- Как режиссер вы начинали в середине 1970-х, когда советский кинематограф был на подъеме. Сложно было конкурировать с Гайдаем, Данелия, Рязановым?

- Начинать всегда нелегко. Что касается конкуренции, так это интересно, когда она есть, когда надо бороться. В чистом поле как-то скучно. Может, это нескромно звучит, но я не боялся конкуренции, потому что хорошо знал, чего хочу. Да простят меня люди, занимающиеся авторским кинематографом, которых я беспредельно уважаю и с удовольствием смотрю, но я из другой компании. Я полагаю, что кино - демократическое искусство. Мне не так приятны фестивальные призы, как внимание широкого зрителя.

- Любите популярность?

- Не в этом дело. Я сознательно снимаю добрые фильмы. И зритель за эти полтора-два часа отвлекается от своих проблем, не думает, что вокруг все страшно и бесперспективно. Я не стану снимать кино, в котором кого-то застрелили или зарезали. Все это уже показали в новостях перед фильмом.

К сожалению, сегодня ни украинское, ни российское телевидение без криминальной темы не хочет запускать сериал в производство. Правда, и в моих фильмах есть некий криминальный мотив. Например, в «Зеленом фургоне». Но все же - это кино о футболе, с музыкой, юмором. Это потому, что я одессит.

Политанекдот - барометр

- В «Зеленом фургоне» замечательно сыграл Брондуков...

- Во время съемок Боря очень много предлагал. Возможно, под воздействием того, что раньше в «Зеленом фургоне» Габая в этой же роли играл Тарапунька-Тимошенко, и роль эта была разоблачительно-комедийная. По повести Козачинского, Грищенко - милиционер-взяточник, выдающий «вещественные доказательст-ва во временное пользование». Но когда я работал с Борей, то вспоминал его предыдущие роли, в которых он в первую очередь трогательный, а уже во вторую - смешной. Смешной - потому что абсолютно достоверный.

Боря предложил и финальный эпизод, когда арестованный Грищенко картошку на гауптвахте чистит, - это итог всей его роли. В сценарии этой сцены не было. Когда мы поняли, что роль все равно получилась разоблачительной, а не трогательной, то придумали: сидит этот Грищенко уже без ремня, без винтовки, без всей этой бравости, сидит, согнувшись, картошку чистит и не знает своей дальнейшей судьбы. А ведь в то время на гауптвахте и шлепнуть могли. Это последнее, что осталось в картине, - несчастный человек.

- Как, по-вашему, изменился юмор за последние лет двадцать?

- Стал менее анекдотичным. Но и менее политизированным. В знаменитом «кукише в кармане», который существовал в советское время, отпала нужда, ведь обо всем теперь можно говорить в газетах. Правда, в России в последнее время вновь стали появляться политические анекдоты. Видимо, опять «в датском королевст-ве» что-то не так: политический анекдот - довольно точный барометр в этом смысле.

- Ваш фильм «И черт с вами!» - это пример политического анекдота?

- История такая: в разгар перестройки сидели мы со сценаристом Игорем Шевцовым на первом Одесском кинофестивале «Золотой Дюк», где были и Коротич, и Мастрояни - помпезный был фестиваль. Сидели мы, смотрели на это «торжество гласности», я Игорю и говорю: «Представляешь, что бы случилось, если бы Сталин сейчас зашел сюда?» А Игорь: «Это же хороший сюжет!» Мы написали сценарий и сняли картину о том, как идет какой-то юмористический фестиваль в некоем городе Черноморске. (Название взято из Ильфа и Петрова, но имеется в виду та же Одесса.) И в разгар фестиваля в городе появляется Сталин... А в конце картины оказывается, что это сбежавший из психбольницы пациент.

- Какой свой фильм больше всего любите?

- «Зефир в шоколаде» - последний, который я сделал в Украине. Как-то утром сценаристка Алена Жукова приходит на студию и говорит: «Знаешь, такая трагедия произошла сегодня ночью! С крыши общежития, где живут иностранные студенты, бросился парень и разбился насмерть. Он полюбил украинскую девушку, а его родители - африканских дворянских кровей - категорически запретили ему на ней жениться. Он должен был ехать в Москву и продолжать учебу». Алена рассказала эту трагическую историю, а я подумал: «Это хорошая тема для комедии...» Она поначалу даже обиделась, но в результате мы с ней написали комедию про любовь черного мальчика к беленькой девочке с присущим комедии хеппи-эндом, притом, достаточно фантастическим: выясняется, что он - наследный принц, который затем становится королем африканского племени. Кстати, дядю героя играл актер из Ганы. Это важная деталь.

А самое смешное произошло уже в наше время. Не так давно на российских каналах раскручивали историю об одном ребенке от смешанного брака. Он, как и герой нашего фильма, вырос в детском доме и не знал своих родителей... В России он получил образование, стал профессором университета где-то в Нижнем Новгороде. Ему уже за сорок. И вот недавно он узнает, что его ищут в Африке, и не где-нибудь, а в Гане, потому что из всей его родни он единственный, кто может стать королем племени, - ну просто наш сюжет!

А когда запускалась картина, мне говорили: «Что это ты советские сказочки снимаешь? Такого быть не может!»

Олексий-Нестор НАУМЕНКО

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых