aif.ru counter
281

Виталий Малахов: «Боюсь смерти, поэтому шучу над ней»

«Подол - особенная местность, очень семейная, тесная и уютная. Здесь я часто здороваюсь с людьми, имена которых мне неизвестны, и они отвечают взаимностью. Хотя в лицо я знаю каждого четвертого подолянина», - говорит главный режиссер Театра на Подоле Виталий Малахов, живущий и работающий в этом районе более 25 лет. Любопытно, что даже знаменитый малаховский черный юмор тоже тесно связан с Подолом.

Наш магнит - артисты

- Виталий Ефимович, как появился ваш Театр на Подоле?

- В 1979 году накануне ХХII Олимпийских игр киевские власти вдруг решили создать 4 новых театра, чтобы не разочаровать иностранных гостей низким уровнем культуры. Один из них - Театр эстрады - был открыт в ДК «Пищевик» на Контрактовой площади. Проработав там несколько лет, мы всей труппой вынуждены были перейти в Молодой театр. Однако, когда секретарем Подольского райкома КПУ стал Иван Салий, он сманил нас назад, пообещав помощь в создании нового театра на Андреевском спуске. Помню, как в 1987-м вместе с Иваном Николаевичем мы зашли на Андреевский спуск, 20, где находилась автобаза. Что удивительно, в одном из помещений мы обнаружили сцену, на которой лицом к лицу сидели два бухгалтера. Странное было зрелище. Как выяснилось, на этом месте когда-то был купеческий клуб и кафе-шантан. По распоряжению Салия это здание было перепрофилировано, и через время мы создали в нем театр, который я назвал Театром на Подоле. Очень удобное название - в случае чего, всегда есть повод обратиться за помощью к районным властям. В 1992 году у нас появилось еще одно помещение - в Гостином дворе.

- Соседство с Домом Михаила Булгакова как-то влияет на ваше творчество?

- Конечно! Я, например, до сих пор удивляюсь, как это «Булгаковские чтения» до меня никто не придумал? Кроме того, сейчас в нашем репертуаре три спектакля по Булгакову. Планируем также возобновить «Белую гвардию».

- Что является магнитом, притягивающим зрителя в ваш театр?

- Во-первых, наш театр можно назвать поэтично-образным, в нем отсутствует вульгарная актуальность - чернуха, порнуха и т. д. Во-вторых, ставя спектакли, я стараюсь нравиться публике. Хотя это не значит, что я заискиваю перед ней. Любопытно, что долгое время мы работали на зрелую публику, но в последнее время к нам пошла молодежь, студенты. Например, могилянцы с удовольствием смотрят «Фараонов», «Мыну Мазайло», «В степях Украины». Ну и, конечно, в Театр на Подоле идут из-за артистов. Текучки кадров у нас нет, почти половина труппы работает с 1979 года. Это Володя Кузнецов, Тома Плашенко, Алла Сергийко. Сейчас в хорошей форме находятся Сергей Бойко, Игорь Славинский, Сережа Сипливый, Андрей Пархоменко, Соня Письман, Маша Рудковская, Лариса Плотникова, Федор Ольховский, Игорь Волков. Я очень горжусь атмосферой в театре и поощряю семейные связи. У нас всегда работали семейные пары, теперь принимаем в труппу детей наших артистов.

- И ваша дочь не исключение?

- Да, в одном спектакле Даша уже играет, вторую роль только репетирует. Параллельно она ведет на телевидении программу «Картата потата». Кстати, к этому названию я тоже приложил руку. Знаете, у нас с дочерью очень противоречивые взгляды почти на все вещи, поэтому о кулинарии, телевидении и театре мы стараемся не говорить. Чтобы не портить отношения.

Бочка пива в «итальянском дворике»

- Каковы ваши личные отношения с Подолом?

- Начну с того, что я не коренной киевлянин. Родился во Львове, а с четырех лет жил в Броварах. Учась в театральном институте в Киеве, все время крутился в центре, глядя на Подол, как на совершенно другой город. Мое тесное знакомство с ним произошло в 1979 году, когда я стал жить в так называемом итальянском дворике. Так мы с актерами прозвали полуразрушенный дом на нынешней улице Спасской, в который нас поселили власти. Он находился в закрытом дворе, за большими воротами, у которых стоял винный магазин. У нас часто отключали электроэнергию, так что приходилось готовить на печках во дворе. Ночью могли проснуться от крика Даши, напуганной огромной крысой, которая как-то проникла в туалет. Между тем, атмосфера в доме была потрясающая. Там завязалась моя дружба с соседями: Витей Андриенко, Валерой Чигляевым, Толиком Дьяченко, Никитой Джигурдой. Естественно, ко всем приходило огромное количество народа в гости. Помню, во время празднования 1500-летия Киева, мы всем двором купили бочку пива, на которую сбежались актеры всех столичных театров.

- Милиции вряд ли нравились ваши вечеринки, не так ли?

- Да нет, наоборот. Напротив дворика на ул. Хорива находился райотдел милиции, сотрудники которого часто прибегали к нам за понятыми. Помню, я сам не раз участвовал в опознаниях и следственных экспериментах. Бывало, эти самые сыщики приходили в наш «итальянский дворик», и сидели там за одним столом с местными подозрительными элементами. Пили вместе с ними вино, пиво, ели рыбу. Позднее нам дали квартиру в другом конце Подола - на ул. Оболонской, в доме городского маневренного фонда. Там мы с супругой Ксюшей живем до сих пор.

- Чувствуется, что Подол для вас - родной дом.

- Для меня это единственный район, который я знаю так же хорошо, как и он меня. Здесь я могу абсолютно спокойно ходить по улицам, не опасаясь, что меня ограбят или изобьют. Несмотря на то что много подолян выехало за рубеж, а их место заняли новые люди, в этом районе годами сохраняются старые знакомст-ва. Например, одним из моих друзей до сих пор является Феликс Железняк, когда-то известнейший на Подоле мясник. Помню, когда моя жена приходила на Житний рынок, он обслуживал ее вне очереди, заявляя всем: «Отойдите, артистка пришла».

- О вашем черном юморе по Киеву ходят легенды. Вы пытаетесь преодолеть страх, растворяясь в нем?

- Верно. Я боюсь смерти, поэтому и шучу на эту тему, часто обыгрываю ее в спектаклях. Например, люблю использовать в качестве реквизита гробы. Когда проигрываешь эту тему, то жить становится легче. Кстати, в связи с этим я припомнил один трагикомичный случай. Как-то мы с труппой собрались на гастроли со спектаклем «Мошенник поневоле». Среди декораций был и гроб. Вот, выносим мы его на улицу, чтобы погрузить на машину, и тут начинает собираться люд с цветами и венками. Оказалось, они подумали, что отсюда будет идти похоронная процессия, провожающая в последний путь застрелившегося накануне первого секретаря райкома партии товарища Белоненко. Пришлось публике объяснять, что это ошибка.

Екатерина ФИЛИПЕНКО

Черный юмор от Малахова

Умирающий еврей по запаху чувствует, что в доме готовится фаршированная рыба. В один момент он не выдерживает и просит внучка принести ему кусочек на пробу.

Мальчик отправляется на кухню, но возвращается ни с чем: «Бабушка сказала, что рыба будет после того».

***

Подольский еврей, умирая, просит жену: «Софочка, пойди, накрась губы!». Женщина выполняет просьбу. Однако муж не унимается: «Софочка, надень нарядное платье!». Она не выдерживает и интересуется, зачем ему это. «Ну, ты понимаешь, - говорит умирающий, - смерть придет, посмотрит на нас обоих, а вдруг ты ей больше понравишься».

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Loading...

Топ 5 читаемых