aif.ru counter
02.02.2006 00:00
17

Когда мы перестанем бояться Сталина

Каждый день россияне видят в телевизоре президента. Вот он журит министров, стращает губернаторов. Вот принимает зарубежных гостей, раздает награды. Умен, находчив, тверд...

НО В ЕЖЕДНЕВНОЙ жизни мы сталкиваемся не с обитателями Кремля, а с улицей: милиционерами, гаишниками, чиновниками, майорами из военкомата, работягами, спешащими к метро, уличными попрошайками, торговцами, бомжами, гадалками. И именно по ним, а не по тому, как улыбнулся

В. Путин г-же Меркель, мы судим о нашей жизни.

В какой же стране мы живем? В той, где много улыбок, наград, обещаний. Или в той, где ухаб на ухабе, облезлые стены подъездов, поборы на каждом шагу, замерзшие батареи, мат-перемат в подворотне и где, несмотря на XXI век, почти половина граждан верит в дьявола и ведьм и не верит друг другу? Как называется эта страна?

Большая зона

НА ДНЯХ нам напомнили как. По телевизору прошел сериал «Зона» и начался фильм «В круге первом» по А. Солженицыну. Первое желание было - выключить, отвернуться. Столь травмирующими были сцены арестов, доносов, милицейского насилия, людской злобы, жадности, погибели совести и души.

Но вдруг с ужасом подумалось: Господи, да ведь это же не о зоне и не о кругах тоталитарного ада! Это о России. О нашей жизни. И что менты с озверелыми лицами, и паханы, подбадривающие себя чифирем; и братки, готовые исполнить «заказуху» за пачку баксов; и мужик, поджигающий из зависти хату односельчанина; и мать, убившая ребенка; и солдат, искалеченный в Челябинском танковом училище, и те, кто покрывал это злодеяние, - все это мы, наши соседи, знакомые, иногда друзья... Это мы, одичавшие от водки, нищеты, от вросшего, как наколка в кожу, бесправия... Что зона - это не маленький, спрятанный за железные ворота мирок, а сама наша жизнь. Жизнь, исковерканная 70 годами коммунистической каторги и лжи, из которой мы не можем выползти до сих пор, несмотря на то что на улице уже другой строй, другая власть, другие лидеры. Но самое страшное - это то, что зона живет внутри нас, в нашей памяти, страхах, нашей обезображенной и обезбоженной душе.

В круге первом

ЗОНА поселилась в нас со времен большевистского террора 1918-1919 годов, со времен продотрядов 20-х, раскулачивания и коллективизации 30-х, штрафбатов 40-х, «шарашек» 50-х. С тех времен, когда «новые люди» в кожаных куртках оскверняли захоронения русских святых, а сталинские полководцы для сохранения танков посылали на минные поля ополченцев и молоденьких солдат. Когда за спиной шедших в атаку бойцов шли заградительные отряды НКВД. Когда в победный 1945 год вернувшихся из нацистских лагерей красноармейцев объявляли предателями. А вчерашних героев - врагами народа.

У нас каждая третья семья через свою домашнюю историю знает, что такое тюрьма, этап, ссылка, допрос, расстрел. Писатель Валентин Катаев рассказывал автору этих строк, как в знаменитом писательском доме в Лаврушинском переулке он просыпался от стука лифтовой двери и со страхом соображал, кого из знакомых писателей взяли на рассвете.

Закон зоны

45 ЛЕТ назад холодной осенней ночью забальзамированное тело Сталина, переложенное в простой сосновый гроб, тихо вынесли из Мавзолея. Многим казалось, что зона и ГУЛАГ кончились, что страхам пришел конец. А он все еще гложет наши сердца. Мы до сих пор боимся сказать себе всю правду о пережитых годах, о злодеяниях властей. Какой ценой доставались победы в тылу и на войне? Насколько истощены жизненные силы нации? Прошедший страшную школу страха и насилия народ никак не научится требовать от властей правды и справедливости. Мы все еще соблюдаем главное правило зоны - «не высовываться», «не качать права». Терпи, молчи, хлебай баланду...

Терпим милицию, которая, по мнению социологов, становится частью криминального сообщества. По подсчетам службы внутренней безопасности МВД, только за 9 месяцев 2005 г. к уголовной и дисциплинарной ответственности привлечены свыше 20 000 милиционеров. Как назвать страну, где 70% населения боятся тех, кто призван нас защищать?

Терпим продажные суды и продажных депутатов. Страна до сих пор живет по неписаному правилу шефа жандармского отделения императорской канцелярии гр. А. Бенкендорфа: «Законы пишутся для подчиненных, а не для начальства...»

Мы терпим собственные пороки и даже умиляемся им. Россия устала от водки. 60% населения требуют антиалкогольной кампании. А реклама при попустительстве депутатов и городских властей навязывает нам хваленые «стандарты» и «размеры»: пей больше! пей веселей! Москвичи стерпели, что в столице было закрыто около 1000 детских садов. Терпят депутатов, которые в угоду «строителям» пробивают закон о принудительном отселении неимущих из центра на окраины. И наконец, мы терпим правительство, которое считает, что людям можно впарить любую «монетизацию», любые Правила дорожного движения, любые тарифы ЖКХ. Наше терпение - это наш окаменевший страх, наш ужас перед властью.

Вячеслав КОСТИКОВ

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых