aif.ru counter
208

Украденный рост

Олег Устенко – о том, почему наше «экономическое чудо» откладывается и о востребованности премьера

«Если бы Украина не находилась в «кислотной среде», у нас был бы стремительный рост. Объем нашего ВВП составлял бы не менее 150 млрд долл., как это было в конце 2018 г., а около 400 млрд долл. - мы бы двигались так же, как страны вокруг нас и мировая экономика. Не оставались бы беднейшей европейской страной, имея ВВП на душу населения около 10 тыс. долл., а не около 3 тыс., как в 2018 г. И по покупательной способности Украина была бы на уровне стран старой Европы», - начинает беседу с нами исполнительный директор Международного фонда Блейзера в Украине Олег Устенко.

РАБОТА ПОД ДАВЛЕНИЕМ

- Олег, почему этого не произошло?

- Причина в том, что значительная часть украинских политиков выражает интересы прослойки олигархов, а не всего населения Украины. Считаю, что олигархи пытались «законсервировать» ситуацию в стране, через огромное количество рычагов не давали экономике развиваться. В итоге, мы недополучили 250 млрд ВВП в 2018 г. Этот процесс упущения украинским населением выгоды длится десятилетия. Поэтому страна, имевшая яркие стартовые возможности, оказалась в таком положении.

- Вы говорите, что «кислотная среда» влияет на правительство и премьера…

- Да, Владимир Гройсман тоже находится в «кислотной среде». На него влияют олигархические группы, он вынужден лавировать, как любой политик. И, чтобы не быть «растворенным», не делает резких движений в сторону олигархов, вынужден строить отношения с подконтрольными олигархам депутатами, которые защищают и свои интересы.

Вместе с тем, он должен выдерживать баланс интересов с президентом. Если у правительства появляется проигрыш, то моментально объявляют, что в этом виновна исполнительная власть – Кабмин, министерство, кто-то на региональном уровне. А если есть победа – это записывают на счет Банковой.

СЕАНС ПАРАЛЛЕЛЬНОЙ ИГРЫ

- Какие еще сложности есть в работе премьера?

- Из-за необходимости лавировать, Гройсман играет сразу на нескольких «шахматных досках»: олигархи, политики, Банковая. Параллельно у него есть игра внутри собственного Кабмина. Там есть разные течения, и, опять-таки, нужно сохранять баланс интересов. Его личное влияние в Кабмине ограничено, ведь правительство сформировалось, когда он еще не был премьером, это – «наследство» его предшественника. Но в глазах общества Кабмин должен выглядеть, как единый организм.

Плюс – Гройсману сложно взаимодействовать с госкомпаниями, напрямую не подчиняющимися Кабмину. Например, с «Нафтогазом», любой просчет которого моментально сказывается на премьере. В ситуации с НАК-ом периодически загорается «красная кнопка». «Нафтогаз» при этом ведет довольно странную коммуникационную политику. Я уже не говорю о деятельности этой компании, обязанной защищать права налогоплательщиков Украины, но не очень по этому поводу переживающей. А у Гройсмана нет реальных рычагов влияния на «Нафтогаз». И хоть это постоянно прячется «под ковер», но совсем не значит, что такая ситуация не отбирает у премьера энергию. Именно поэтому мы периодически слышим его «разочарование» в действиях топ-менеджеров НАКа и ряда других госкомпаний. 

ГЛАВНЫЙ «СТРЕЛОЧНИК»

- У нас – парламентско-президентская республика. Как влияет Рада на работу правительства?

- Любое решение премьера может быть заблокировано по «первому свисту» Банковой и по сигналу тех, кто периодически присоединяется к правящей коалиции. А любое «правильное» желание премьера требует огромного количества согласований, сверки интересов, чтобы ВР за него проголосовала. Так что Гройсман не может опереться на правящую коалицию. Хотя публично это никогда не признается.

- Вы упомянули о защите интересов налогоплательщиков…

- Премьер ведет «большую шахматную игру» и с населением. И здесь он тоже – заложник ситуации. На него влияет все, что касается обеспечения финансовой стабильности. Вроде бы, это – задача Нацбанка, он не имеет на это четкого мандата. Но так уж устроена Украина, все еще являющаяся архаичной страной, что любая курсовая подвижка расценивается, как ошибка экономической политики правительства. Все «стрелки» перебрасываются на Кабмин и на премьера. При том, что сам Гройсман на это сильно не влияет.

- Наряду с этим, у нас довольно большие проблемы в отношениях с Международным валютным фондом, Евросоюзом, Мировым банком, другими нашими кредиторами…

- Мы 18 месяцев не продолжали программу с МВФ потому, что не выполняли взятые на себя обязательства. И не потому, что премьер не собирался их выполнять. У него не было четких инструкций, четкого разделения «шахматных досок», на которых он должен был играть. Не от премьера зависело увеличение тарифов на газ, создание Антикоррупционного суда, проведение земельной реформы. Но он, в конце концов, становится заложником всего этого. Ведь, рассуждая о программе сотрудничества с МВФ, мы забываем, что кроме подписи премьера, под ней стоит еще и подпись президента, главы НБУ, главы Минфина. И как-то забывается, что большая часть решений ВР не может быть принята без согласования с президентом. Ответственность за медленную подвижку по антикоррупционным направлениям, отсутствие подвижки в земельной реформе и других направлениях переносится на Гройсмана.

По такому же принципу обвиняют и Тимошенко – просто потому, что она раньше была премьером. Игнорируя тот факт, что в Украине система власти выстроена так, что первый, на кого можно переводить стрелки, – это глава Кабмина.

СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ

- Можно ли за счет только экономических рычагов справиться с проблемами, о которых мы с вами говорим?

- Любой премьер пытается влиять на экономическую политику. Основной инструмент – это бюджетные или фискальные методы. Но и здесь все не просто. Изначально проект госбюджета-2019, внесенный правительством в парламент, казался более качественным документом. Там была неплохая макроэкономическая «оболочка», более-менее понятные цели. Было ясно, откуда берутся деньги и куда тратятся. Но в ВР есть несколько больших депутатских групп: первые заведены туда олигархами, они делают то, что им скажут; вторая часть нардепов (это, в основном, мажоритарщики) пытается заложить в бюджете свои собственные «хотелки», которые сработают на них во время выборов. Те, кто рискует никогда больше не попасть в Раду, продают свои голоса первым и вторым. А третья группа – те, у кого есть собственный бизнес, интересы которого они защищают. Есть и «бессеребренники», вот как раз на них и может опереться премьер. Увы, их не так много.

Вот почему я считаю: все, что мы видели в ВР, когда парламент ночью принимал бюджет, не было организовано премьером Гройсманом, как это пытались показать в Украине – а «провернуто» самими депутатами. Им не нужно было внимания общественности, прессы, экспертного сообщества – поэтому бюджет и принимали ночью. Но пытались показать публике: так происходит из-за того, что Гройсман требует немедленного принятия бюджета. Это, конечно, правда. Но бюджет был ему нужен, чтобы сдвинуть с мертвой точки переговоры с МВФ. Да, эту программу можно было бы и не двигать. Но ответственность за резкую дисбалансировку экономической ситуации неотвратимо лягла бы на его плечи.

- Как другие премьеры справлялись с этим?

- То же было и в повестке дня Тимошенко, когда у нее возникли серьезные трения с Ющенко и она подавала документы для сотрудничества Украины с МВФ. Ей, как политику, выгоднее было бы не вешать на себя обязательства перед МВФ, но она это сделала – понимая, что все равно окажется под ударом. Все же понимают, что причины глубочайшего кризиса 2008-2009 гг. закладывались задолго до того, как Тимошенко оказалась в премьерском кресле. Ну, например, в 2006-2008 гг. объемы кредитования украинской экономики увеличивались на 70% в год, создавая причины для банковского кризиса. Курс гривны искусственно удерживался несмотря на огромные внешнеторговые дисбалансы и т.д. Точно в такой же логике живет и Гройсман: он не может «сойти с рельсов папередников».

- Может ли Гройсман остаться премьером при новом президенте?

- Вероятность этого после президентских выборов при любом раскладе - высока. Другой вопрос – при каком из кандидатов он сможет укрепиться? Думаю, это может произойти в случае победы Тимошенко – тогда он, как минимум, останется в кресле до парламентских выборов и формирования правящей коалиции. Если победит Зеленский, может произойти то же самое. Как и в случае победы Порошенко. Но тут возможно разное уже после выборов в ВР.

Премьер может пойти на выборы в ВР со своей политсилой или станет очень серьезным «козырем» в чье-то политсиле. «Кислотность» ситуации не сможет его полностью «съесть», ведь финансовая стабильность в стране будет удерживаться, как минимум, до выборов в Раду. После этого есть шансы на дисбалансировку в экономике, так как основы для нее закладывались ранее.

Но не думаю, что Гройсман захочет присоединяться к кому-то из политиков, он сам сможет завести большое количество депутатов в Раду в своей политсиле, кто бы ни победил на выборах президента.  

Ирина ВАНДА