3775

Артем Сытник о двух путях борьбы с коррупцией – по закону и по беспределу

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 16. Аргументы и Факты в Украине 15/04/2015
Артем Сытник
Артем Сытник president.gov.ua

16 апреля Петр Порошенко утвердил кандидатуру Артема Сытника на пост главы Антикоррупционного комитета. «АиФ» удалось задать несколько вопросов главному борцу с коррупцией в Украине.

– Почему процесс создания Бюро идет так туго?

– «Туго» – неверное слово. Тот факт, что этот конкурс довели до конца – уже шаг вперед. Такие конкурсы проводят в «Укрзализнице», в Фининспекции – и везде они срываются.

– В законе сказано, что нельзя набирать людей, которые в последние 5 лет служили в органах. Получается, в бюро будут набирать «людей с улицы»?

– Вот это серьезная проблема. Недавно мне один из нардепов говорит, вы там особо на следователей не рассчитывайте. В Грузии набрали людей с улицы – и они всех порвали. Но в Грузии, если говорить простым народным языком, по беспределу делали. Еще мне говорят, тут на кого не ткни пальцем – все коррупционеры. Допустим... Давайте всех выведем на Майдан и будем расстреливать. Тогда результат будет быстрым, но приблизит ли нас это к правовому государству, я сомневаюсь. Еще дают совет, набери студентов. Они что, «вышки Бойко» не увидят? Но вопрос ведь в чем: увидеть «вышки Бойко» можно, расстрел Майдана тоже все видели. Только в суде ничего нет! Те дела, которые будет брать на себя бюро, студенты не потянут. Я по своему опыту знаю как начальник структурного следственного подразделения: для того чтобы воспитать следователя, который будет вести дела не по кражам, а серьезные – это минимум три года. Понятно, что в бюро времени на обучение никто не даст.

– И какой же выход?

– Я еще на собеседовании сказал, что можете меня критиковать, но надо набирать людей, которые имеют опыт, из числа тех, кто покинул органы пять лет назад. И человек должен показать, что он реально добился каких–то результатов. Я и сам могу привести такие дела – и это, наверное, единственное, что сыграло в мою пользу. Потому что на бывшем работнике прокуратуры всегда клеймо – продажный… Но есть ведь люстрационная проверка и проверка спецслужб.

– И чем в первую очередь должны заняться новые сотрудники бюро?

– Поменять концепцию борьбы с коррупцией. Если посмотреть на историю, то у нас в лучшем случае новая власть терроризировала чиновников старой власти, чтобы перераспределить собственность и показать народу, что мы боремся. Устраивают «показательные выступления» – мы его арестовали, у него 40 домов, 50 счетов в банках. А потом тема затухает. И никто так и не знает, что с этим чиновником, что с его имуществом. Как один из первых примеров – дело Евгения Бакулина (бывший глава «Нафтогаза». – Ред.) – говорят, он украл 4 миллиарда долларов. И где он сейчас? Сидит в Верховной Раде. Что с его делом? Никто не знает. И мы на эти грабли наступаем 24 года. Поэтому мое твердое убеждение: бюро не должно заниматься делами бывших чиновников. Допустим, Александр Ефремов (бывший глава фракции Партии регионов в ВР. – Ред.) – на него есть дело, и хорошо. Пусть органы занимаются. Но бюро должно работать исключительно по чиновникам нынешней власти.

– Это почему же?

– Потому что у них ген безнаказанности передается из поколения в поколение. Этот процесс надо прервать. А чтобы его прервать, надо изменить подход. У нас идет реагирование на конкретное заявление. Это дает возможность садить чиновников низшего звена. А вышестоящим чиновникам это на руку, потому что они продают места этих чиновников, и раз одного посадили, значит, его место можно повторно продать. Самих «небожителей» трудновато взять – слишком много посредников. Потому в цивилизованных странах другой подход – постоянный мониторинг жизни чиновника. Доступ ко всем базам данных. И ты постоянно следишь: вот чиновник за год 18 раз летал на Кубу. При этом у него зарплата 5 тысяч гривен. Или судья хозяйственного суда декларирует 30 квартир – наверное должны быть вопросы к этому человеку.  У нас эти вопросы тоже уже возникают, но они не задаются.

Пусть окупаются

– И декларации о доходах у нас тоже не проверяют. Вот кто-то обнародовал – ну и ладно…

– Да, и это притом, что еще старая власть ввела в Уголовный кодекс статью  «Несоответствие задекларированных доходов расходам». И там серьезные санкции предусмотрены – свыше 5 лет лишения свободы.

– А эта статья работает?

– Прецедентов нет. Хотя это очень полезная статья. Можно возбуждать уголовные дела, не выходя из кабинета.

– Но ведь чиновник скажет: это особняк моего знакомого – пустил пожить. А «Лексус» теща подарила. И что делать?

– В кодексе есть такой термин, как «связанные персоны». Если чиновник ездит на «Лексусе», который подарила теща, – мы идем к ней и спрашиваем: на какие средства куплен? Не может объяснить? Значит, чиновник попался… Не так просто спрятать все эти доходы, дорогие приобретения, как вы думаете. Особенно тяжело спрятать активы за границей. В бюро назначу зама, который будет заниматься международным сотрудничеством. Проблема в том, что кроме журналистов на данный момент у чиновников никто ничего не спрашивает. Но от ваших вопросов можно отмахнуться, от вопросов следствия – нельзя. 

– В Грузии существует система откупа. То есть либо в тюрьму, либо перечисляешь в казну определенную сумму – и свободен. У нас будет что–то подобное?

– Полного аналога нет. Но появилась возможность заключать соглашения со стороной обвинения. И там можно прописывать определенные условия, в частности и те, о которых вы говорите. Лично я позитивно к этому отношусь, потому что громкие дела занимают много времени.  Допустим, одно из наших дел мы расследовали целой группой девять месяцев. И это притом, что ночевали на работе. Дело я передал в суд еще в 2006 году – оно слушается до сих пор. Таковы наши реалии. И поэтому сделка – это хороший инструмент, чтобы вершить правосудие быстро и эффективно по части возвращения денег в бюджет. Следователь знает, что чиновник украл 4 миллиарда. Говорит: три отдашь? Чиновник прикинул себе, говорит, «отдаю». И все, пришли к компромиссу без лишней волокиты.

– Но ведь и чиновники знают, что у нас дела слушаются по десять лет. Какой интерес им идти на соглашение?

– Сейчас собираются поменять норму о том, что судья обязан предложить залог. Это правильно. Потому что одно дело, когда ты ждешь решения суда на свободе, и совсем другое – под стражей. Не думаю, что чиновники захотят ожидать вынесения приговора по их делу в тюрьме.

Также вам может быть интересно

Loading...

Топ 5 читаемых