aif.ru counter
46323

Леонид Кравчук рассказал, чем закончится украинский кризис

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 13. Аргументы и Факты в Украине 25/03/2015
Леонид Кравчук
Леонид Кравчук © / Сегодня

Сегодня в стране настолько сложное положение, что мне трудно оценивать действия власти, не имея доступа к той информации, которой обладает президент, правительство и парламент. Но я точно знаю, Что каждый документ, постановление и закон должны быть выдержаны во времени, как хорошее вино, а также аргументированы и правильно поданы, как изысканное блюдо», – убежден первый президент Украины, рассуждая о принятии последних законов о статусе отдельных районов Донбасса.

Переговоры хоть с чертом

 – Принятие сложных или непопулярных решений всегда упирается в вопрос: а был ли другой выход из ситуации? И чем продиктовано принятое решение: незнанием дела или объективной необходимостью? – начинает разговор с нами Леонид Макарович. – Но сейчас такая ситуация, что, на мой взгляд, власть вынуждена делать какие–то шаги, в которых больше формальностей, нежели глубокого содержания. Это как раз о законе и постановлении об особом статусе отдельных районов Донбасса. Это, скорее всего, работа на мировое сообщество и внутренний рынок – мол, мы выполняем Минские соглашения, а они – нет. Потому что говорить о том, что эти законы сейчас будут работать на территориях «ДНР» и «ЛНР» – это несерьезно. И самопровозглашенные руководители республик прямо говорят, что у них другие планы. Так что, эти законы – больше дипломатия, чем законодательство.

– Как выходить из этой ситуации? Может ли власть говорить с людьми, которых не признает в качестве представителей Донбасса?

– Мировая практика говорит о том, что государства не ведут переговоров с террористами. Напомню, Верховная Рада признала «ДНР» и «ЛНР» террористическими организациями. Например, Россия никогда не вела и не ведет переговоров с теми, кто нарушает их законы и конституционные нормы. Однако, учитывая ситуацию, ради прекращения кровопролития, будь я на месте властей, то пошел бы на переговоры хоть с чертом. Это не обязательно делать президенту, всегда можно найти неофициальное лицо–посредника, которое устроит обе стороны. Проблема в том, что «республики» не хотят говорить без предварительных условий. Они требуют признать их равноправными партнерами, то есть государствами. Мы не можем на это пойти, потому что в такой ситуации, садясь за стол переговоров, мы соглашаемся с потерей части Донбасса. Это неприемлемо – Украина неделима. Хотя в Минске мы уже пошли на серьезные уступки, признав линию разграничения, фактически проведя новую границу. Уверен, этого нельзя было делать.

– То есть ситуация патовая?

– Я вижу три варианта решения проблемы. Первое – переговоры двух президентов тет-а-тет. Прямой вопрос Путину: чего он хочет от Украины? Он назовет, допустим, 3–4 позиции. Ответ: вот эти две позиции с участием международных институций мы готовы рассматривать…

Второй вариант: переосмысление и переформатирование отношений с РФ. Президент Украины говорит, давайте определимся, мы в состоянии войны или на Донбассе действуют какие–то неизвестные террористы? Если мы воюем, то приводим наши отношения в соответствии с военным временем. Если нет, оставляем эмоции в стороне, создаем совместные конституционные группы, садимся за круглые столы, ставим конкретные вопросы и ищем на них совместные ответы. Единственное, что не обсуждается – это территориальная целостность Украины. Все остальное можно рассматривать.

И третий вариант, но это уже крайний случай. Дипломатическая работа по введению новых международных санкций, которые ставят Россию в тяжелое экономическое, социальное и политическое положение. И путем давления, а также с помощью новой украинской армии, которая больше не отдаст ни пяди своей земли, решать вопрос...

Ошибка Обамы

– На новую украинскую армию уйдет не год и не два…

– В 1995 году Кучма подписал Будапештский меморандум, где сказано, что Украина безвозмездно отдает ядерное оружие – 165 ракетных шахт, это третий ядерный арсенал мира. Каждая шахта стоила один миллиард долларов. То есть мы подарили

165 млрд долл. Теперь посчитайте, сколько Запад сэкономил вследствие прекращения холодной войны – это еще миллиарды долларов. И что мы видим? Взамен нам не могут пулемет продать! Эй, американцы, англичане и прочие гаранты территориальной целостности Украины, вы наплевали на документ, который сами же подписали?

Мало кому известно, но в 90–х американцы взяли нас в такие объятия, что дышать было трудно. Вице–президент США Альберт Гор лично мне угрожал экономической войной в случае, если мы не откажемся от ядерного оружия. Кроме того, мы понимали, что не в состоянии содержать такой арсенал, к тому же в 1998 г. заканчивался ресурс ядерных боеголовок. Так что выбора у нас не было особого. Но ведь Украина взамен получила гарантии своей безопасности. И где сейчас те гаранты?

– Президент Обама боится Третьей мировой или он пацифист?

– Обама считает, что если Украина получит оружие из США, то Россия потерпит поражение. Не полное, можно сказать, тактическое. По мнению Обамы, президент РФ, в силу своего воспитания, характера и специальности не перенесет этого, и это вызовет агрессию России. Мало того, устами Збигнева Бжезинского США четко сказали России – Америка не станет применять против нее силу, в Кремле это услышали. Но мы говорим об оружии, с помощью которого Украина будет себя защищать! Обама, видимо, этого не понимает и делает большую ошибку.

Военная демократия

– Насколько, на ваш взгляд, нынешняя экономическая ситуация является следствием войны?

– В процентах войны тут 30%, не больше. А оставшиеся 70% – это внутренние экономические проблемы, которые так же плохо решались бы нынешней властью, если бы войны не было. Потому что до сих пор не решены вопросы кардинальных экономических реформ, финансовые, правовые вопросы. Нет конституционной реформы.

– За то время, что новые политики при власти, можно было начать кардинальные реформы?

– Можно и нужно. Под видом широкой демократии, которая иногда превращается в шоу, затягиваются вопросы, которые нужно решать немедленно. Грузины делали все сразу же, в течение недель, не месяцев. А у нас поиск главы Антикоррупционного комитета – это шоу. Поиски идут уже не только в Украине, но и за рубежом. Находят человека, который кому–то понравился, и под него начинают менять законы, потому что этому суперпрофессионалу уже 65 лет, а это запрещено. Комедия, а не реформы! И я вообще не понимаю, как можно в Украине не найти человека, который бы возглавил этот участок работы. Или не ищут, или преследуют свой интерес.

Мы говорим, что в Украине не может быть федерализации. Но бизнес-интересы местных князей уже превалируют над интересами государства. То есть фактически во многих регионах местные органы власти уже начинают вести себя как субъекты федерации. Сегодня надо принимать решения с учетом ситуации – мы фактически в состоянии войны. В такое время не может быть чистой, хрустальной и изящной демократии. Нужно действовать жестко, быстро и решительно.

Без сантиментов

– Правительство под очередное подорожание коммунальных услуг внедряет новую упрощенную систему субсидирования. Как вы относитесь к повышению тарифов в 2–3 раза и правильно ли власть поступает сегодня?

– Когда в стране глубочайший финансовый и экономический кризис, когда все падает – гривна, производство, импорт, экспорт, доходы и т. д., когда 20% промышленности выведено из строя, – справляться с кризисом очень тяжело. Думаю, что у государства нет другого выхода.

– Ситуация напоминает время вашего президентства…

– Абсолютно. Но сейчас даже хуже, ведь тогда не было войны. И тогда у нас девальвация и инфляция носили внешний характер – Россия в начале 90–х сразу в сотни раз повысила цены на нефть и газ. Внутренних причин тогда не было. А сейчас есть: это разбалансированность, политические конфликты, последствия революционных процессов. Плюс, конечно, война. Огромный комок проблем.

Поэтому, отвечая на ваш вопрос, субсидии – это единственный выход. Другое дело, что нужно смотреть, как все будет организовано. Однако власть должна объяснять населению то, что она делает. Причем, напрямую – видеообращения, телемосты, телепередачи из кабинета президента, премьера. И еженедельно – отчет о проделанной работе, почему так, а не иначе, какие трудности, конкретные ответы на конкретные вопросы. Люди должны знать и понимать, что происходит и разбираться в этом не хуже самого премьера или президента.

– Сколько на ваш взгляд времени нужно Украине, чтобы выбраться из кризиса?

– Пока война – не выбраться. Если же лампочка в конце тоннеля зажжется, то, просто, чтобы наладить жизнь – 5–10 лет. Потому что на восстановление нужны триллионы. Например, после объединения Германии в ГДР было вложено 2 трлн долл. Притом, что экономическая ситуация в ГДР была на порядок лучше нашей сегодняшней. Если же говорить об Украине, в которой высокие зарплаты и высокий уровень жизни, – это очень много времени, десятилетия.

– Экономическое чудо у нас возможно?

– Поляки в конце 80–х были в похожей с нами ситуации. Опять же, правда, не было войны. Так вот, тогда они поняли: или работать, или ждать чуда. И они поставили перед собой задачу – жесточайшие реформы. В итоге, через 15 лет работы «чудо» произошло. Так что все зависит от нас самих. Политикам необходимо прекратить внутренние разборки – это первое. Научиться говорить с людьми – второе. Не делать политических ошибок, не создавать политических котлов и анклавов – это третье.

Нужно объединяться и привлекать инвестиции. Я говорил со многими европейскими политиками и бизнесменами. Они верят в то, что Украина может стать успешным государством. И мы должны поверить в это, засучить рукава, бороться с коррупцией. И не нужно с коррупционерами церемониться: попался – наказывайте без всяких сантиментов! Тем более, что в стране война. А это отягчающее обстоятельство для коррупционера.

Как в новой Верховной Раде депутаты распускали кулаки – фоторепортаж | Фотогалерея

Также вам может быть интересно

Loading...

Топ 5 читаемых