6744

Великая и ужасная: о чем жалела и кого любила знаменитая Фаина Раневская

Великая и ужасная Фаина Раневская: какой была и о чем жалела легендарная актриса
Великая и ужасная Фаина Раневская: какой была и о чем жалела легендарная актриса © / Фейсбук

Фаина Раневская – это как соляной столб, однажды появившись – вошел в вечность не только по форме, но и по содержанию, если верить Библии. Раневская есть этот «соляной столб» в культуре театра и кино – ее феноменальной способности перевоплощаться, видеть персонажа глубже и заставить всю авансцену подыгрывать ему, удивлялись многие. В день рождения актрисы мы вспоминаем ее лучшие роли в кино, а также рассказываем – какой великая и ужасная Фаина была при жизни и на сцене.

«Удивительно. Когда мне было 20 лет, я думала только о любви. Теперь же я люблю только думать»

Самая младшая дочка богатого коммерсанта и промышленника Гирша Фельдмана – Фаина, всегда отличалась крутым нравом. С самого детства девочка не стеснялась показывать себя публике – участвовала в домашних сценках и спектаклях, устраивала концерты и всегда могла дать отпор мальчишкам, в том числе – своим старшим братьям. Однако, за этой напускной дерзостью всегда скрывалась тонкая и ранимая душа.

Когда Фаина еще училась в Мариинской женской гимназии, в ее жизнь пришла первая любовь – в этот период она увлеклась гимназистом. Он пришел к ней на свидание, но не один, а в сопровождении еще одной девушки. Затем гимназист, усевшись между ними, начал что-то насвистывать и в конце концов, шепнул на ухо что-то девушке рядом. Та встала и начала бросать камни в Фаину, из-за чего будущая звезда экрана расплакалась и убежала. Однако, об этом досадном случае сама актриса вспоминала лишь годы спустя, когда все это воспринималось, как приключение.

Недаром псевдоним Фаины Фельдман – Раневская. Ведь как в жизни актрисы, так и в фамилии, присутствует слово «рана».

В 19 лет Фанечка, как называли ее дома, сбежала из дома. Причем, как в фильмах – из богатого, хлебосольного дома, где она прошла домашнее обучение и получила образование в Мариинской гимназии, Фанни Фельдман сбежала в Москву, вместе с бродячей театральной труппой. Сбежала не задумываясь, от своей семьи, которую больше в полном составе так и не увидела, от отца и будущей обеспеченной жизни – мужа и возможных детей.
Но искусство, как говориться, требует жертв.

Москва, Большая Никитская

«Денег жаль, зато как красиво они улетают! Да ведь вы Раневская! — воскликнул спутник. — Только она могла так сказать!»

На самом деле, театр в жизнь Фанни Фельдман вошел не в 19 лет, а гораздо раньше. Мама девочки – Милка Рафаиловна, любила своих детей и старалась привить им любовь к искусству, поэтому самозабвенно занималась с ними музыкой, живописью и водила в театр. В 14 лет Фанни Фельдман впервые посетила частную театральную студию А. Ягелло, расположившуюся в Таганроге и тогда же впервые почувствовала огромную тягу к сцене.

Фаина Раневская
Фаина Раневская

Однако, Фанни досаждали два фактора – благовоспитанные девушки не играли на сцене, это было неприлично, порицалось обществом. И второй фактор – ее собственный отец, который потешался над младшей дочерью, заявляя: «Фаечка у нас не красавица, еще и заикается», а когда Фанни впервые заявила о своем решении стать актрисой, простодушно заметил: «Ты давно на себя в зеркало смотрела?».

Неудивительно, что Фанни Фельдман просто сбежала от своей собственной семьи, чтобы больше подобных речей не слушать. В 1915 она прибывает в Москву, поселяется в небольшой комнатке на Большой Никитской улице и постепенно входит в мир литераторов, поэтов и артистов того времени, познакомившись с Мариной Цветаевой, Осипом Мандельштамом, Маяковским. Спустя пару месяцев нашлась и работа – в труппе у мадам Лавровской. Фанни Фельдман приглашалась в качестве

«на роли героинь-кокетт с пением и танцами за 35 рублей со своим гардеробом».

Работа в Керчи была трудной, Фанни часто оставалась без копейки денег. Правда, выручала мать – она тайком от отца посылала Фанни денежные переводы. Кстати, именно благодаря матери (отчасти) Фанни и стала Фаиной Раневской.

Будучи на прогулке на горе Митридат вместе с неким трагиком, Фаина решает заглянуть в банк и получить денежный перевод от матери. Уже выходя из банка, молодая актриса не удержала банкноты в руках, и они разлетелись по улице.

«Когда мы вышли из массивных банковских дверей, то порыв ветра вырвал у меня из рук купюры — всю сумму. Я остановилась, и, следя за улетающими банкнотами, сказала:
«Денег жаль, зато как красиво они улетают! 
Да ведь вы Раневская! — воскликнул спутник. — Только она могла так сказать! 
Когда мне позже пришлось выбирать псевдоним, я решила взять фамилию чеховской героини. У нас есть с ней что-то общее, далеко не всё, совсем не всё…»
- вспоминала сама Раневская.

Хождение по мукам и Павла Вульф

«Я жила со многими театрами, но так и не получила удовольствия»

Труппа Лавровской не стала первой работой для Фаины – уже в качестве Раневской, она отправляется на гастроли в Ялту и Феодосию, объездила весь Крым и в 1916 попадает в Ростов-на-Дону. 20-летней актрисе кто-то сообщает, что здесь в городе с гастролями находится известная актриса Павла Вульф и тогда Раневская решается, приходит знакомиться и остается у нее в качестве ученицы.

Чуть позднее Павла Вульф решает уехать из Ростова-на-Дону вместе с дочерью Ириной и домработницей Татой в Крым, решая, что там работы будет достаточно. Это оказалось правдой – работа для частной антрепризы находилась всегда, но вот играть приходилось на разрушенных сценах и подмостках, среди оголодавшей публики, не воспринимавшей комедию. А играть было нужно, ведь нужно было что-то есть и как-то спасаться от тифа, эпидемия которого шла по пятам у Вульф и членов ее группы. К этому добавилось нестабильное положение Крыма, бои – иногда даже уличные, ведь наступала война.

Но Фаине Георгиевне повезло – ее приняли в труппу 1-го Советского театра (ныне – Крымский театр им. Горького), дали комнату и какой-никакой паек, на котором она со своими товарищами по несчастью смогла существовать несколько лет. Правда, голод – и физический, и душевный, требующий перемены мест, требующий обратно в Москву и грезящий подмостками МХАТа, время от времени давал о себе знать.

Павла Вульф усердно занималась с ученицей сценречью и движениями, хореографией и актерским мастерством, так что к 1924 году, когда семейство вместе с Раневской вернулось в Москву, последняя была настоящей профессиональной актрисой с большим портфолио. И конечно, ее почти сразу приняли Театр Московского отдела образования, где платили мало. Поэтому с 1925 и по 1931 год Фаина Георгиевна работала в Баку, в Архангельске, Смоленске и Сталинграде, пытаясь наработать и опыт, и деньги, а затем вернулась в Москву, не меняя больше театры.

В театре Таирова у Фаины Раневской была лишь одна роль – проститутки Зинки, а в театре Красной Армии – слишком узкий для нее репертуар. Долгих десять лет потребовалось Фаине Раневской на то, чтобы прийти в Театр Моссовета, где она и служила с перерывом, почти четверть века.

С театральных подмостков – на киноэкраны

«Эх, королевство маловато! Разгуляться мне негде»

Уже после смерти Фаины Раневской ее эрзац-внук Алексей Щеглов, которого она воспитывала, как родного внука, вспоминал, что об отношениях Раневской и кино точно говорит фраза ее героини из фильма «Золушка».

Эрзац-внук вспоминал, что нередко актрисе приходилось буквально «вытягивать» на себе неудачные фильмы. Подобное явственно отметили критики в фильме «Осторожно, бабушка!» и даже, отчасти, в комедии «Легкая жизнь», где Раневской достался колоритный персонаж – спекулянтка Королева Марго.

«Вы знаете, что такое сниматься в кино? Представьте, что вы моетесь в бане, а туда приводят экскурсию»

Однако, все это будет позже, когда Раневскую будут специально приглашать для той или иной роли. А в 1934 году вышел фильм «Пышка» Михаила Ромма. Фильм был немой, снимался на строящемся «Мосфильме», где не было пола и от стен дул просто ураганный сквозняк, а сам режиссер должен был уложиться в определенную денежную сумму. Тогда Раневскую особо не заметили в кино, но вот работа с Роммом на площадке многому научила актрису.

Одна за другой пошли более заметные и даже характерные роли – жена потрного Ида Гуревич в фильм «Ошибка инженера Кочина», «Человек в футляре», где она сыграла жену директора гимназии, а также сотрудница роддома в фильме «Любимая девушка». Все эти роли укрепили за Раневской статус «мастера эпизодов», но по-настоящему славу принес ей всем известный «Подкидыш».

Роль Ляли – своеобразной женщины, даже немного эксцентричной, постоянно загоняющей в тень мужа, Фаина Раневская исполнила так легко и непринужденно, будто это она сама уже 20 лет – замужем и у нее есть дача, куда она с удовольствием едет. Будто это не она живет в комнатке в коммуналке и не имеет ни детей, ни семьи, а кто-то другой. «Муля, не нервируй меня!» - сказанное в сердцах своему мужу и Фаине Георгиевне безоговорочно веришь, а фильм уже и не кажется таким плоским, как и его другие герои.

Еще одной ярчайшей ролью для Фаины Раневской стал образ мачехи из сказки «Золушка». Он и так был колоритный (едва ли не колоритнее самой Золушки), но в исполнении Фаины Раневской мгновенно заставлял зрителей забывать о недочетах фильма, в частности – о возрасте актрис, играющих ее дочерей и возрасте самой Золушки, Янины Жеймо, когда принцу не было еще и 22. Тем более, что сценарий сказки писал сам Евгений Шварц, который позволил Раневской «вставлять» свои фирменные фразочки в сказку, не ограничивая себя.

Роль экономки Маргариты Львовны – женщины, которой не чуждо все прекрасное, воздушное и романтичное, для Фаины Раневской стала первой, где она исполняла амплуа не громогласных, немного неприятных «дам без собачек», а милой и заботливой экономки, мечтающей, однако, выдать свою «подопечную» - ученую Ирину Никитину, замуж.

В целом, ролей в кино у Фаины Раневской можно пересчитать по пальцам. Но каждая из них – попадание «в десятку!».

Какой была Фаина Раневская

«Во время записи Фаина Георгиевна произнесла фразу со словом «феномЕн». Запись остановили.
- В чём дело? - чуть заикаясь и пуча глаза, спросила Раневская.
Стараясь выправить ситуацию ведущая сказала:
- Знаете, Фаина Георгиевна, они тут говорят, что надо произносить не феномЕн, а фенОмен, такое современное ударение...
- А, хорошо, деточка, включайте.
Запись пошла и Раневская четко и уверенно произнесла:
-ФеномЕн, феномЕн, и еще раз феномЕн! А кому нужен фенОмен, пусть идёт в жопу!!»


Однако, то, что видели зрители в театре и посетители в кино, то, что сегодня рассказывают нам современники и биографы знаменитой актрисы – правдой о Фаине Раневской является настолько, насколько о Раневской сочинили театральных и актерских баек. На самом деле, кто такая Фаина Раневская по-настоящему знал лишь ограниченный круг лиц – ее лучшая подруга Павла Вульф, Анна Ахматова, ее эрзац-внук Алексей Щеглов и родная сестра Изабелла, прожившая в доме сестры четыре года.

Алексей Щеглов, впоследствии, стал не просто мемуаристом и биографом Раневской, нет. Его профессия называется не так – он, скорее, … наследник. Наследник всех шуток и баек, наследник всех резких фразочек и поучительных историй Фаины Раневской. Он бережно хранит в своем сердце каждый ее образ и рассказывает нам истории о ней в книгах. И только им можно верить, ведь сегодня каждая вторая цитата в Интернете, приписываемая Раневской, на самом деле, к ней никакого отношения не имеет.

Алексей Щеглов и Фаина Георгиевна были вместе с самого рождения Леши – именно Фаине поручили отвезти ребенка домой, поскольку его мама, Ирина Вульф, не могла подняться с кровати и осталась в больнице еще ненадолго, а бабушка – Павла Вульф, осталась за ней присматривать. Раневская спустя годы вспоминала, что эти три минуты, которые она несла маленького Алексея по лестнице, длились для нее вечность. Наверное, с этого момента Алексей и Раневская полюбили друг друга навсегда. Ведь всю жизнь Раневская жалела, что так и не стала матерью.

«Я с разбегу садился к Фуфе на колени и просил ее почитать мне стихи. Пока я не научился хорошо говорить, только она могла разобрать мою речь. Помню, однажды она решила подкормить нашу семью»
 - вспоминал Щеглов.

Раневская неохотно пускала к себе людей, но уж если кто-то и становился ей по-настоящему близким, то Фаина Георгиевна не жалела ничего. Именно она ухаживала за Павлой Вульф в последние годы ее жизни, вывозя гулять в Сосновый бор, укладывая в Кремлевскую больницу. Очень долгое время Раневская прожила с семьей Вульф – в Крыму, в маленькой комнатке, еще до рождения Алексея, затем в Подмосковье, а затем – в эвакуации, в Ташкенте и после нее – в большом деревянном доме неподалеку от окраины Москвы.

«Избалованный женским обществом, в какой-то момент я стал просто неуправляем, всего добивался слезами и криком. И тогда мама позвонила в некий «Отдел детского безобразия», откуда явился страшный мужик в полушубке — меня забирать. Я просто обмер от испуга и стал умолять маму не делать этого, обещая вести себя хорошо. Далеко не сразу я догадался, что этим «мужиком» была Фаина Георгиевна. Что ей, великой актрисе, стоило сыграть такую нехитрую роль!» - рассказывал Щеглов.

Фаина Раневская, Павла Вульф и эрзац-внук Алексей
Фаина Раневская, Павла Вульф и эрзац-внук Алексей 

Известна и ее многолетняя вражда с режиссером Юрием Завадским. Об этой вражде говорили, как о романе, столько сплетен и слухов вокруг него собиралось. Но факт оставался фактом – Завадский любил, когда его слушают и подчиняются, а Раневская всегда отстаивала позицию, что вот уж где человек должен чувствовать себя птицей, так это на сцене. Режиссер и актриса очень много ругались, и завершилось все это, как ни странно, помощью – когда в 1963 году Раневская осталась без работы, именно Завадский позвал ее обратно в Театр им. Моссовета. А сама актриса жалела, что Завадский ушел раньше нее и сокрушалась из-за всех этих едких и колких замечаниях, которые прозвучали в адрес Завадского от Раневской.

Щеглов вспоминал, что нередко Раневская могла сказать что-то колкое вслед прохожему или громко начать что-нибудь критиковать – у нее были свои понятия о приличиях. Она рисовала карикатуры на людей, хранила в доме сигареты и нередко угощала ими всех гостей, в том числе и несовершеннолетних.

Уже в почтенном возрасте, Раневская смягчила свой нрав, ведь многие ее друзья ушли – умерла Павла Вульф, умерла ее дочь – Ирина Вульф и у Алексея осталась только Фаина Раневская из близких. Умерла Анна Ахматова, умер Завадский. Все чаще в дом к Раневской приходили журналисты, молодые актеры, которых она старалась научить «премудростям» профессии, рассказать байки из актерского быта и прочее.

Алексей Щеглов в последний раз свою «Фуфу», как он привык называть ее с детства, видел в 1983 году, когда приехал на побывку в Москву из Кабула. Тогда он навестил Раневскую – до окончания работы оставалось полтора года, но было понятно, что Раневская этого срока не дождется. Последнюю открытку Щеглов получил еще в Кабуле.

«Мой родной мальчик, наконец-то собралась написать тебе, с моей к тебе нежной и крепкой любовью. Мне долго нездоровилось, но сейчас со здоровьем стало лучше. Очень по тебе тоскую, мечтаю скорей увидеть и обнять тебя и Танечку. Обнимаю. Твоя Фуфа». Раневская была серьезна. Она прощалась…»

Новости от АиФ.ua в Telegram. Подписывайтесь на наш канал https://t.me/aif_ukraine

Также вам может быть интересно

Loading...

Топ 5 читаемых