aif.ru counter
1365

Дмитрий Шуров: «Украине надо пройти через все это»

Музыкант Дмитрий Шуров - о поп-музыке, популярности и необходимости не прекращать мечтать

«Pianoбой – это поп-музыка, ее может слушать каждый. На наши концерты приходят как дети, так и бабушки. Конечно, это гораздо более утонченная музыка, чем, скажем, группа «Неангелы», но все же это поп-музыка. Просто не завязанная на пиарах, бизнесе, сиюминутной славе и т.д. То есть, это абсолютно музыкальная формация, поэтому на нее и ходят очень разные люди», - начинает разговор с нами Дмитрий Шуров, знаменитый музыкант, лидер группы Pianoбой.

ЗАТОЧЕН НА РЕЗУЛЬТАТ

- Дмитрий, благодаря музыке к кино, особенно к сериалу «Слуга народа», вы охватили ту аудиторию, которая раньше, наверное, даже не слышала о вас. Считаете это достижением?

- Для меня не имеет значения, написана ли песня для себя самого, для кошки или для сериала «Слуга народа». Песня есть песня - она приходит, ты ее из себя не выдавливаешь, не вымучиваешь. Она либо пишется, либо нет. Каждый раз, когда она пишется – это огромное счастье, и каждый раз думаешь: «Блин, как круто, что это снова случилось! Хоть бы это случилось снова когда-нибудь»! И мне, конечно, хочется, чтобы ее услышало как можно больше людей. А кто ее воспроизведет – сериал, премия Viva, или музыкальный канал – для меня особой разницы нет. Важно, чтобы музыка доходила до тех людей, которым она может быть нужна.

- А что насчет аудитории?

- Я пришел как-то к стоматологу, в очереди рядом со мной сидел (и прошел вперед без очереди), как мне потом сказали, какой-то важный прокурор, а у него «Слуга народа» на звонке стоит. И я не знаю, радоваться ли мне этому или грустить.

У нас есть аудитория Pianoбой, которая сформировалась с самого начала – это очень дружные ребята, которые называют себя не иначе, как piano-family. Есть гораздо более широкая аудитория, которая сформировалась за последние два года благодаря турам, релизам, важным для меня песням. А есть аудитория, которая добавляется посредством «Слуги народа», спектаклей. Все это важно для меня и все это одинаково круто.

Но, конечно, меня шокирует, когда ко мне подруливает какой-то перец на Лэнд-крузере, который у него с 90-х остался. И говорит, как в песне Васи Обломова «Магадан»: «Эт чё, правда ты написал»? Ну или что-то в таком ключе. Но меня мало интересует популярность, приобретенная быстро, потому что она точно так же быстро и угасает.

- Вы очень свободны в своем творчестве. А как насчет временных рамок и самоорганизации? Боитесь ограничиваться себя рамками?

- Я вас разочарую, но я как раз рамки люблю. Я считаю, что чем свободнее человек, тем важнее для него какие-то рамки. Абсолютная свобода приводит к полному бездействию в случае с творческими людьми. Большинство серьезных музыкантов, которых я знаю, как раз ставят себя в жесткие рамки, планируют свое время. Когда у меня 7-8 проектов, я буквально планирую каждый час и решаю, что завтра я не буду, к примеру, заниматься музыкой к этому фильму, чтобы ни случилось, даже если мне будут звонить из Министерства культуры Исландии или МВД Украины.

Например, бывает, что у барабанщика нужно забрать тарелки, чтобы он послушал, что помимо этого вообще происходит в песне. Иногда у меня нужно забрать фортепиано, чтобы ко мне пришли какие-то нестандартные решения. Это ограничения, но они на самом деле стимулируют творчество. И вот в таких разных мелочах я много экспериментирую. Иногда нужен конфликт, чтобы запустился какой-то процесс, иногда, наоборот, комфортно в своем пузыре. И ограничения, дедлайны и даже давление в этом помогают.

- Какая для вас самая большая награда за творчество?

- Если говорить о каких-то приземленных вещах, то я очень заточен на результат. Это когда ты довел до ума песню, сам ею доволен и можешь отпустить ее, чтобы она обходила людей. Сразу после этого внутри высвобождается какое-то пространство, кратковременное ощущение того, что ты на своем месте. И это основная награда. Все остальное либо прилагается, либо нет. Вообще главная награда для каждого человека, мне кажется – это интересная жизнь. С каждым годом все сложнее и сложнее, все больше нужно прикладывать усилий, чтобы ежедневно жизнь была какой-то новой. Также и в отношениях с людьми, с женщиной – главное, чтобы было интересно. И ты много делаешь для этого.

ОБРАЗ ЖИЗНИ - МЕЧТЫ

- Если бы не стали музыкантом, кем могли бы быть?

- В детстве хотел стать дальнобойщиком, водителем. Когда был совсем маленьким, я думал, что круто водить фуру. Потом переключился на самолеты, очень интересовался авиацией. Да и сейчас интересуюсь.

- Пилотировали самостоятельно?

- Я слишком дорого стою, меня не пускает жена, я обсуждал это с ней. Обсуждался вопрос покупки мотоцикла – она сказала: «Нет»! Затем был вопрос о том, чтобы полетать... Но зато я хорошо мечтаю, у меня качественные мечты. Я в состоянии очень неплохо себе представить какие-то ситуации. И уже после того, как я себе их так красиво нарисую, вероятнее всего, в реальности они окажутся куда менее интересными, поэтому эти мечты меня часто спасают от какого-то экстрима или авантюр. Потому второй альбом у меня так и называется: «Не прекращай мечтать». Для меня это во многом образ жизни.

- Радиостанции обязали соблюдать квоты по количеству украинского контента. Поможет ли это в развитии украинской музыки?

- Я думаю, что мы сейчас проходим стадию какого-то общенационального самоутверждения, и этот процесс неизбежен. Я понимал, что нечто в таком роде наступит – в свое время это, к примеру, проходила Франция. Украина молодая страна, ей тоже надо пройти через все это. Да, надо выкрасить все заборы в цвета флага, притом, что это полный цирк, надо запретить что-то, разрешить что-то, чтобы как-то потихоньку из количества выкристализировалось качество. Я поначалу отнесся к квотам негативно, поскольку как музыкант не понимаю сути запретов. Я знаю многих серьёзных деятелей на радио, знаю, как они работают, как выживает радио. Я понимаю, что для них это определенные рамки, им сложно соответствовать новому стандарту. Но, наверное, это неизбежные процессы, и я к ним отношусь спокойно, принимая ситуацию такой, какая она есть. Но я никогда не зависел от радио целиком и полностью. Берут песню в эфир – чудесно, не берут – ничего страшного.

«ОТВЯНЬ»

- Вы по образованию лингвист. Можете ли писать тексты на иностранных языках?

- Я мало пишу на других языках, хотя начинал с песен на английском и французском. Но в какой-то момент я понял, насколько важно людям в любой стране понимать, о чем поется. То, чем я занимаюсь, во всем мире называется singer-songwriter, то есть автор-исполнитель. Как Боб Дилан, Тори Амос – в их случае очень важно понимать, о чем они поют. Очень важно не только то, какую энергетику они несут, на чем играют, но и о чем поют. Поэтому я отсеял очень много своих англоязычных песен, их даже никто не слышал. Но сейчас, возможно, их будет больше появляться в альбомах, потому что мы хотим потихоньку выходить за пределы Украины.

- Ваш сын невероятно музыкален. В Ютубе и Фейсбуке есть ролики, где он исполняет песню Тома Оделла, играет на ударных, гитаре, фортепиано. Вы занимаетесь с ним музыкой?

- Музыкой он много занимается в музыкальной школе, причем настолько много, что ему уже не в радость это становится. А мы с ним просто играем. Он, к примеру, за барабаны садиться, а я за пианино, потом меняемся. Или берем поочередно гитару и бас. У меня дома в подвале студия, потому мы можем себе позволить все это сделать в любой момент времени.

Он пишет песни на английском языке, показывает мне. Иногда через его песни я узнаю о его эмоциональном состоянии больше, чем общаясь с ним. Все родители через это проходят, когда ребенок приходит из школы, ты его спрашиваешь: «Как дела»? -, а он говорит: «Нормально, я устал». Уходит к себе в комнату и больше ничего из него ты вытащить не можешь. А когда он пишет песни, где в припеве много раз повторяется слово «отвянь», ты в принципе понимаешь, что нужно отстать… Это очень хорошо, когда в семье есть музыка, как универсальный язык, через который можно коммуницировать. Но у нас с сыном есть и другие общие темы, а музыка – это то, что ему легко дается, и потому было бы грех этим не заниматься.

Алиса Светлакова