aif.ru counter
47

Украинскому кино быть?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 30. Аргументы и факты в Украине 28/07/2010 Сюжет Кино

Одесский кинофестиваль надолго запомнится очевидцам не только разнообразной палитрой хороших фильмов, но и мощным созвездием приглашенных звезд большого экрана с мировыми именами. С некоторыми знаменитыми гостями фестиваля удалось пообщаться корреспонденту «АиФ».

Йос Стеллинг: «Меня покорил славянский характер»

Если подсчитать, сколько  времени в общей сложности провел в зрительном зале глава жюри, оценивая конкурсную программу, получится немногим меньше двух суток. Тем не менее, он нашел время, чтобы поделиться своими мыслями с читателями «АиФ».

О режиссере и зрителях...

Режиссер - это корни фильма, его основа. Зрители - крона. Такое дерево получается. Без первого не будет второго и наоборот. Корни должны питать крону чувствами, а не сухими рациональными мыслями. Мысли - это для мозга. А фильмы снимаются для души. Информация должна идти в душу.

О женщинах и машинах...

Снимая свои фильмы, я представляю, что мой зритель - женщина. Женщины более тонкие, могут глубоко чувствовать - сразу, интуитивно. Даже если они не понимают ситуацию мозгом, они прекрасно оценивают ее сердцем. Женщине доступны сложные истории - разноплановые полотна, на которых мазками наносятся эмоции, ощущения. Кстати, по моим наблюдениям, по этой причине женщины больше читают, чем мужчины. Во всяком случае, у нас, в Голландии именно так.

В то же время мужчинам нужны простые доступные истории. Можно провести параллель: вот едет машина. Мужчина оценивает, как она едет. Женщина - кто находится внутри.

О славянском характере...

Не могу сказать, что я очень сильно разделяю эти две страны - Россию и Украину. В моем понимании есть Восточная и Западная Европа. Есть восточные славяне - то есть вы. Во времена СССР - 80-е - мне доводилось бывать в Москве. Меня потрясли черты, характерные для славян: эти люди готовы постоянно помогать друг другу, их безоглядное милосердие, сострадание подкупают. Они умеют дружить. Еще запомнились иронично-протестные настроения по отношению к властям. Славяне видят во власти не партнера, а врага, и не боятся по этому поводу шутить. Но больше всего меня покорила ваша философия жизни, ваше видение ее. Вы живете каждый день как последний, не задумываясь о том, что будет послезавтра. Мы же все время строим планы на перспективу, забывая, что жизнь проходит здесь и сейчас, и упу-ская нечто очень-очень важное.

О телевидении и Интернете...

Они, безусловно, вредят кино, это правда. Это его враги. Но каждый враг может быть использован с пользой. Он тоже может быть источником вдохновения. Правда, все электронное - это, скорее, поле информации, а не искусство. Искусство - это кино.

О «попкорновских» фильмах...

Такое кино необходимо, как бы мы к нему ни относились. Оно существует, чтобы продлить жизнь кинотеатров. Мы же, когда, например, говорим о литературе, спокойно разделяем глубокую художественную литературу и дешевые комиксы. И ни у кого не возникает вопросов, зачем существуют последние.

Об украинском кино...

Я вижу его будущее. Но вы должны понять: нельзя создавать фильмы, используя американский, российский или любой другой шаблон. Это должен быть строго ваш кинематограф, основанный на собственной идентичности. Не идите по чужим следам. Вы можете самостоятельно делать хорошее кино, причем дешево и качественно.

 

Эммануил ВИТОРГАН: «Актер не может идти в политику»

Звезда российского кинематографа, снявшийся в более чем ста фильмах, знаменитый «злодей» советского экрана и народный артист России на удивление прост и душевен в общении. Представитель «золотой обоймы» любимых народом актеров ничуть не страдает звездной болезнью. В свои 70 он в прекрасной форме: строен, подтянут, красив. Даже запредельная приморская жара не в состоянии вывести его из равновесия.

- Ваша жара ничто в сравнении с московской, - улыбается Эмманиул Гедеонович, прикрывая за собой дверь на улицу, из которой дохнуло как из печки. - Вот в Москве сейчас жара неимоверная. Просто погибель. Природа, видать, гневается. Надоели мы ему, - актер многозначительно показывает наверх. - Надоели. Боюсь, нас скоро накажут за все те глупо-сти, что мы тут друг другу устраиваем. Надо думать и заботиться не только о себе, но и о тех, кто рядом. Надо быть человеками.

- Немного странно слышать это из уст актера, сыгравшего такое количество ярких отрицательных персонажей...

- Играя эти роли, я хотел, чтобы люди, глядя на экран или на сцену, понимали: это не лучший способ проживания жизни. Так нельзя. Во мне самом, считай, ничего нет от моих героев - этаких мужиков - резких, грубых. Я в жизни совсем другой - мягкий, где-то нерешительный. Никогда - боже упаси - не подниму руку на человека. И я рад, что зрители это чувствуют - я ощущаю их неподдельные любовь и симпатию.

- И все-таки: ваши роли как-то в жизни помогают?

- Обязательно. Мы ведь, актеры, играя, всякий раз проживаем чужую жизнь. Иначе нельзя. Роль учит. Ты пропу-

скаешь ее через себя и мудреешь на эту роль. Для меня сейчас не существует конфликтных ситуаций, потому что я знаю наперед, как они могут кончиться, и стараюсь их предотвратить.

- Вы в кино полстолетия. Видели немало. Что сейчас произошло с кинематографом? Правда, что он умирает?

- Иной раз вырвешься на какие-то просмотры - полный мрак на экране. Не то что света в конце тоннеля - никакого лучика, никакой светлой точки не видно. К огромному сожалению. Будто все обрублено. Кажется: дальше шагнешь - и пропасть... Иногда думаешь: может, ты зря прожил в этой профессии 50 с лишним лет? - актер грустнеет, потом встряхивается. - Но нет, нет. Я бы не стал оценивать все столь пессимистично. Конечно, меняются поколения, принципы. Ну, не в каждом поколении рождается Высоцкий. Этому поколению пока не повезло. Но - уверен - волна талантов на подходе. Просто многих из них мы пока не знаем.

- Продюсеры и прокатчики жалуются: зритель пошел не тот, воспринимает только дешевые бессмысленные фильмы. Возможен ли контакт с таким зрителем у глубокого талантливого актера?

- Конечно. Тем более - зритель разный. До кризиса он активно потянулся было в кино, в театры. Кризис пришелся не вовремя, людей опять стало мало. Но я совершенно убежден - ни кино, ни театр никогда не умрут. То, что зрители в зале жуют попкорн и запивают пивом, меня не раздражает. В свое время мы тоже сидели на сеансах с семечками. Но мне, откровенно говоря, не очень нравится, что этот попкорн вот может, например, попасть человеку в зуб, и пока он занят этой проблемой, от-влекается от того, что происходит на экране (смеется).

- Вы часто ездите на подобные фестивали?

- Довольно редко. Хотя фестивалей сейчас так много, что можно ездить без конца, не работая. Но у меня совсем нет времени - постоянно задействован в спектаклях, на съемках. Когда выбираюсь, получаю удоволь-

ствие - удается увидеть фильмы, которых раньше не видел.

- Что сегодня вам ближе: театральная сцена или съемочная площадка?

- Театр. Там больше жизни. В кино ты очень зависим - от съемочной группы, режиссера и пр. Но я не отказываюсь сниматься - в том числе и в сериалах. Правда, принимаю не все приглашения. Почему в сериалах? Я до сих пор краснею по этому поводу. Но... я не хочу уходить в нищете. Мы до сих пор сбрасываемся на гроб народному артисту. Это жутко. В нашей стране это звание - увы - ничего не дает.

- Вы как-то сказали, что в политику - ни ногой. Между тем, многие коллеги по цеху уже давно щеголяют с депутатскими мандатами. Вы не передумали? Все-таки, вы со своим авторитетом, именем могли бы на многое повлиять...

- Да, было много предложений по части политики. Но - нельзя. Это значит: замыкать себя в рамки, выполнять определенные условия, правила игры, быть в зависимости. Нет!

- Когда снова планируете побывать в Украине?

- У меня в Москве действует культурный центр Эммануила Виторгана: там проходят джазовые концерты, литературные вечера, премьеры фильмов. Все, что удается зарабатывать, вкладываю в этот центр. Хочу, чтобы творческие люди приходили сюда, общались, помогали друг другу. Так вот - такой же центр собираюсь осенью от-

крывать и в Киеве. Ждите!

 

Кшиштоф ЗАНУССИ: «Прожить надо с честью!»

Знаменитый польский режиссер встретился с корреспондентом «АиФ», еще не успев снять дорожный пиджак, - пан Кшиштоф только что прилетел с другого кинофестиваля. Занусси прибыл в Одессу, чтобы провести мастер-классы для будущих режиссеров и актеров из летней киношколы, проходившей в рамках кинофестиваля. Немного усталый, но приветливо-улыбчивый, сразу начал делиться впечатлениями:

- Фестивали - это уникальная возможность для актеров, режиссеров и зрителей пообщаться, посмотреть уникальные картины, которые не идут в прокате. Ведь прокатчики ориентируются только на коммерческий успех. Например, из той программы, которая представлена в Одессе, одесситы в обычном прокате никогда не увидели бы доброй половины фильмов. Можно сказать, фестивали - это новая форма проката. В выигрышном положении оказываются жители тех городов, где проходят кинофорумы. Хорошее кино воспитывает. В Европе, например, очень мало взрослых людей ходит просто так в кино. А вот на фестивалях собираются с удовольствием, потому что понимают: фестиваль - это гарантия определенного уровня, это профессиональный отбор кинокартин.

- Организаторы Одесского кинофестиваля надеются этим мероприятием привлечь внимание к нашему кинематографу...

- В этом есть рациональное зерно. Украина имеет условия для съемок, при этом страна недорогая. Фестиваль вполне может составить ей хорошее промо на мировом уровне.

- А есть ли перспективы у самого украинского кино?

- Оно еще очень малоизвестно. А если оно появляется на русском языке, его воспринимают как русское кино. Это неправильно. На одном из фестивалей я отмечал ленту «Счастье мое» - на русском языке, о российской действительности. И вдруг с удивлением узнал, что кино на самом деле представляет Украину, поскольку было там снято. К сожалению, истинно украинского кино, с украинским духом я давно не видел. Но оно должно быть! Узнаваемое, стильное, национальное, коренное. Такое, которое не снимет ни русский, ни немец. Только тогда оно станет близким, понятным и принимаемым во всем мире. Универсальным. Вам есть, что показывать. Взять тот же дух казацкий: свободолюбивый, анархичный, эмоциональный, безрассудный. Вспомните оранжевую революцию (я не о политике сейчас)! Такое могло произойти только у вас, здесь, в Киеве. Почему это не изучить, не посмотреть: где это лежит? В Майдане проявился определенный код, идентитет народа. Он есть, он не погиб, и всегда будет. Важно, чтобы это почувствовали и художники. Однако представители украинского кинематографа почему-то не решаются войти в глубину национального характера, темперамента.

- Вы сейчас поддерживаете контакт с вашими знаменитыми родственниками - производителями бытовой техники?

- Конечно. Мы постоянно пересекаемся, 2-3 раза в год. В Италии, в городе, откуда родом наша семья, они как-то устроили ретроспективу моих фильмов. Когда был молод, приглашали жить в нормальную страну и не понимали, почему я остаюсь в бедной социалистической Польше и непонятно, чем занимаюсь. Но я - художник, артист. И я - поляк.

- В своих лентах вы постоянно ищете ответы на вопросы о смысле жизни и смерти, сути добра и зла. Сегодня часто говорят, что эти понятия стираются, обесцениваются - и в реальности, и на экране...

- Я уверен, что они вечны и их нельзя смешивать. Это просто нахлынула очередная волна нигилизма, пришел постмодернизм. Это закончится. Я, кстати, снял фильм с участием Богдана Ступки «Сердце на ладони», где издеваюсь над идеями постмодернизма (мол, правды нет, в жизни нет смысла, надо все делать назло другим и т. п.). Богдан играет простоватого необразованного олигарха, которому вбили в голову эти идеи. В мире ленту приняли хорошо, а вот в Украине ее прокат, к сожалению, загубили. Так вот: в жизни всегда есть смысл. И прожить ее нужно без потери чести и самоуважения - это уже огромный успех!

Материалы подготовила Светлана ГОЛЛАНДС

Одесса - Киев

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых