aif.ru counter
23.02.2006 00:00
26

А.Петров последнее интерьвью

ОН ПОДАРИЛ нам мелодии к кинофильмам «Я шагаю по Москве», «Человек-амфибия», «Служебный роман», «Жестокий романс», «Укрощение огня», «Берегись автомобиля», «Осенний марафон»...

Работать маэстро, как правило, уезжал в Дом творчества композиторов в Репино. Там он целиком погружался в музыку, и весь остальной мир переставал существовать. Домашние называли его «ранним» человеком - за привычку вставать рано утром. Принято считать, что музыканты - люди не от мира сего, но Андрей Павлович всегда оставался человеком практических взглядов, реалистом.

А еще он был настоящим питерским интеллигентом, как минимум в третьем поколении. Его мама была художницей, папа - военным хирургом, а дедушка, очень известный художник-керамист Петр Ваулин, работал вместе с Васнецовым. По его эскизам были оформлены мозаичные части многих известных зданий, например, мечети в Санкт-Петербурге, Третьяковской галереи и отеля «Метрополь» в Москве.

Прошлой осенью вся страна отмечала 75-летие Андрея Петрова. Тогда он был полон энергии, делился планами на будущее. Но это интервью, к сожалению, стало одним из последних.

«У меня на мобильном - простые звонки»

- СРЕДИ того огромного количества музыки к фильмам, которую вы написали, есть мелодии, которые хочется самому иногда послушать?

- Для меня это в большей степени инструментальная музыка, а не песни и романсы - у них, к сожалению, очень точная «временная привязка». К примеру, «Я шагаю по Москве» - это, конечно, 60-е годы XX века. А инструментальная музыка - увертюра к фильму или вальс - воспринимаются мною по-другому. Они несут в себе меньше признаков определенного времени, поэтому дольше живут и меньше надоедают - по крайней мере мне самому. Та же увертюра к фильму «Укрощение огня», вальс из «Берегись автомобиля», подводная музыка в ленте «Человек-амфибия»...

- Ваш творческий союз с Эльдаром Рязановым перерос в дружбу?

- Конечно, хотя на брудершафт мы выпили всего лишь лет пять назад. Человеческой дружбе способствует, как ни странно, то, что мы живем в разных городах. Когда ты все время «варишься в соку» поэта, с которым пишешь песню, или режиссера, с которым работаешь, исчезает свежий взгляд на то, что ты делаешь.

- Как вы относитесь к тому, что ваши мелодии звучат на мобильных телефонах?

- Положительно. Сейчас это своеобразный индикатор популярности.

- Себе на мобильный что поставили?

- Обычные звонки. А вот у жены - мелодия из фильма «Осенний марафон».

- В советское время будущими композиторами занималось государство - контролировало, взращивало, финансировало. Что сейчас происходит с молодыми?

- Конечно, те времена были далеки от идеала. Тогда даже в музыке существовала цензура - отслеживались темы стихов, которые композитор использовал, изучалось все вплоть до стилистики (а вдруг кто-нибудь выдаст музыкальный авангард?). Но все это делали люди с музыкальным образованием. Да, они многое запрещали, но могли и по достоинству, профессионально оценить произведение. При этом государство еще и финансово помогало. Система «кнута и пряника» была четко отработана. Сейчас царит полная творческая свобода, но материально в творчество композиторов сегодня вкладывается в несколько раз меньше.

- Возможно, подобная свобода дает толчок для появления новых имен?

- Безусловно, хотя новые имена больше появляются в направлениях экспериментального характера - где-то на стыке легкой музыки, рока и симфонической. Но все это пока еще устойчивых художественных результатов не имеет. Идет поиск. Мне кажется, что это касается не только музыки, но и искусства вообще, потому что художественные идеи XX века исчерпаны. После Стравинского, Шостаковича и Прокофьева трудно создавать что-то столь же великое. Их продолжателем был Шнитке, который  своим творчеством уже подвел все итоги.

Сейчас наступило межвременье. На смену идее пришла мода - ремейки, ремиксы, ироническое отношение к классическим образцам.

«Руками работать не люблю»

- КОГДА собираетесь всей семьей, чем занимаетесь?

- Не музицируем! Я люблю посидеть за столом в кругу близких. Но обязательно в известных пределах, потому что быстро устаю, особенно если в гостях новые люди. Мне двух часов активного общения за столом вполне хватает.

- Говорят, ваш любимый напиток - виски?

- Поначалу виски мне совсем не понравилось. Но я часто встречал упоминания в книгах, что те или иные герои, которых я уважал, выпивали виски. Потом часто приходилось бывать в Соединенных Штатах, и в то время там активно пили именно его. Так что постепенно и я этот напиток полюбил.

- А как вы отдыхаете?

- Для меня не обязательно менять обстановку, главное - отключиться от забот и людей, которые меня окружают, свести общение к минимуму. Сделать это можно не в каком-нибудь Майами, а здесь, в Репино. Мой мобильный телефон, к счастью, знают немногие.

В детстве я очень увлекался литературой и даже собирался стать писателем. Любовь к литературе осталась - с удовольствием общаюсь с писателями или провожу время с хорошей книжкой.

- Физический труд, говорят, тоже отдых.

- На даче я могу что-то полить, мусор убрать, доски перенести, но все эти занятия могут длиться не более получаса. Так что мои «умелые руки» в хозяйстве не используются.

- Ваша дочь Ольга - известный композитор. А вот внуки уже не носят вашей фамилии. Значит,  имя Петрова никто не продолжает?

- Олин муж  - грузин. У внуков фамилия Гогикидзе. И мы решили, чтобы сохранить некий баланс, внука назвать русским именем, а внучку - грузинским. Манана закончила актерское отделение Театральной академии, а Петя у нас контрабасист, играет в Академическом симфоническом оркестре в филармонии. Что же касается продолжения имени... Так получилось. Может быть, правнуки будут Петровыми?

Ольга ЖУРАВЛЕВА, Санкт-Петербург

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых